Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: мой бред (список заголовков)
20:55 

Паук

«А что подумал Кролик, никто не узнал, потому что он был очень воспитанным»
Паук.. Он издревле считался и считается до сих пор Великим Прядильщиком, творцом что прядет нити судьбы каждого человека, являясь солнцем, что сидит в центре паутины мироздания. Каждая ниточка паутины - чья-то судьба, находящаяся в лапках Ткача. А что же сам Плетельщик? Как солнце садится на западе и восходит на востоке, так и сам паук не сидит на месте, путешествуя по нитям своей паутины, заглядывая в чужие жизни и судьбы. Касание к дрожащей тонкой ниточке, обрывающее ее и не дающее сплестись со следующей. Где-то в одном из тысяч миров у больного старика, спящего в своей постели, останавливается сердце и душа переходит за грань.. Еще одна нить, не успев начаться, обрывается и затихает крик только что родившегося младенца. У Паука нет жалости, есть лишь осознание правильности плетения и лишние нити обрезаются без всяких сомнений. Без таких же сомнений добавляются новые, даря жизнь новым существам и новые тела душам, прошедшим круги перерождения. Но не зря судьбу часто называют шутницей. Иногда Паук все же меняет часть рисунка, сплетая причудливо переплетая между собой события и сталкивая судьбы, не нарушая всеобщей гармонии Вселенной. И каким бы хаосом не казалась жизнь тем ,кто ее проживает, для Паука это всегда гармония, всегда и во всем, в каждом узелке, в каждой ячейке, в каждом натяжении такой хрупкой ниточке судьбы.
Машина сегодня как-то плохо слушается. Нужно бы прогнать в сервис, чтоб посмотрели. Притормаживает на перекрестке.
..Паучья лапа мягко отводит ниточку в сторону..
Мужчина вздыхает. Слишком устал сегодня, сделает завтра. И отправляется домой, проезжая мимо перекрестка.
Парень в одной из квартир спешно собирается в университет. Торопиться, глотая горячий кофе и одновременно закидывая на спину сумку.
..Где-то далеко паук касается нити своей паутины, заставляя ее отклониться чуть в сторону от предполагаемого местоположения..
Парень, неловко дернувшись, проливает кофе на белую рубашку. Громко выругавшись, побежит переодеваться и задерживается дома еще на десять минут.
Оживленное городское шоссе, машины мечутся туда-сюда. Парнишка стоит на тротуаре, ожидая пока на светофоре вспыхнет зеленый свет. Вот он загорается и юноша спокойно идет по "зебре",чуть приотстав, чтобы не толкаться в общей массе. Машины тормозят все, кроме одной. Один из водителей жмет на педаль тормоза, но машина не слушается, продолжая мчаться дальше. Глаза расширяются в ужасе, когда он понимает, что остановиться не сможет. В голове мелькает какая-то отстраненная мысль о том, что нужно было машину отвезти вчера в сервис. Удар, вскрик..

@темы: Мой бред

20:57 

Проводник

«А что подумал Кролик, никто не узнал, потому что он был очень воспитанным»
Это было странно.. Неприятно, пугающе. Все эти непонятные тени, которые можно уловить только боковым зрением, но стоит только повернуться в ту сторону - и нет ничего. Показалось? Может быть. Но такое происходило все чаще и чаще. В едва различимом шуме ветра или дождя по крыше начали чудится голоса, шепчущие неясные слова, которые слух не может разобрать, но и выкинуть из головы, привычно отговорившись - кажется, тоже невозможно. А когда, придя на могилу матери, он увидел бледную тень, похожую на клочок тумана, так и вовсе подумал что сошел с ума. Потому как ясным солнечным полднем тумана быть просто не могло. Особенно настолько напоминающего человеческий силуэт. Тогда он даже не помнил как добрался до дома, лишь в голове звучало насмешливое карканье ворона.
А врачи сначала говорили - это просто последствия травмы, это пройдет. Навыписывали лекарств и процедур, обязали ходить к психологу.. Становилось только хуже, приходило понимание что ни таблетки, ни врачи не помогут - это что-то Другое. Другое настолько, что в голове всплывают воспоминания, которые упорно отгонял, считая галлюцинациями умирающего мозга. Ее лицо. Ее глаза. Ее голос. "Я тебя не оставлю". Дальше - хуже. Авария на дороге, как и с ним. Но на этот раз не спасли. А он просто находился рядом, застрял в пробке. И видел уже не тень, а человека. Видел как бледная, полупрозрачная девушка стоит и смотрит на собственный труп непонимающими глазами, оглядывается вокруг. На светофоре сидит ворон. Его взгляд ощущается как будто затылок сверлят. Парень машинально поворачивается, смотрит все еще шокированными глазами, в которых ясно читается обреченное "я сошел с ума". Натыкается на внимательный и насмешливый птичий взгляд и вздрагивает от того, насколько разумным он кажется. Птица смотрит всего пару секунд и срывается вверх с громким карканьем. В универ в тот день он не пошел.
В тот день он, ничего никому не сказав, прошлялся по городу целый день, заявившись домой только поздним вечером, нарвавшись на нагоняй от беспокоившегося отца, но тот замолк, стоило увидеть глаза сына. В универе насчет прогула ничего не сказали. Не цеплялись после той аварии, в которую он попал, списывали на психологический шок и изменения в поведении, и все остальное. Да, он изменился, стал тише и спокойнее. Сокурсники, кто шепотом, между собой, кто в открытую, в глаза, говорили что от него веет чем-то странным, и взгляд временами становился уж слишком пронзительным, словно душу наизнанку выворачивает. Но не отталкивали, принимали, все же пережить клиническую смерть и остаться прежним..
****
Парню казалось, что птица его преследует. Да-да, тот самый ворон. Стоило только выйти из дома и он обязательно оказывался где-то поблизости, то копошась в мусорном баке на той стороне дороги, то сидя на ветке дерева или на крыше, иногда даже с приятелями. И смотрел. Пристально, требовательно, оценивающе. Все это вместе заставляло все больше убеждаться в своем сумасшествии, пить пачками успокоительное и - молчать. Потому что иначе его могут и на лечение отправить, а он не хотел для родителя славы человека, у которого сын - псих. Ведь это, кроме него самого, вреда никому не приносит, верно? Значит, будем говорить отцу что все нормально, улыбаться и не вздрагивать при каждом вороньем карканьи, доносящемся с улицы.
Тени стали материальнее. Теперь он их видел не просто на периферии зрения. Они приобретали порой вполне человеческие очертания, сверкая глазами из своих укрытий. И шепот он смог разобрать. Голоса или просили, или жаловались, или вели беседы между собой. А потом ворон ему приснился. Во сне все кажется ненастоящим, все страхи куда-то уходят и удивления нет. Поэтому и не удивился, увидев своего "знакомого". А тот, нахохлившись, не стесняясь в выражениях прошелся по поведению проводника, что отлынивает от возложенных на него обязанностей. И раз уж проводник даже не чешется и бегает от него, как пугливый жук, то он, Ворон, его заставит. Разговор был долгим. Как и сам сон.
А наутро первой мыслью было то, что он все же не псих.
****
Замрите, мертвые и живые, внемлите голосу ворона-вестника, ибо пришел он - дух от духа Ее. Смотрит Она на мир глазами его, говорит с вами голосом его, положив ладони ему на плечи. И вторит он помыслам Ее и сущности Ее речами своими:"Дай мне ладонь и я проведу тебя". И ни мертвые, ни живые не скроются от голоса его и взгляда его ,ибо нет преград для души его и карего взгляда глаз-провалов на другую сторону. Замрите же, мертвые и живые и внемлите ворону-вестнику, ибо пришел он - дух от духа Ее.

@темы: Мой бред

13:24 

Клуб

«А что подумал Кролик, никто не узнал, потому что он был очень воспитанным»
Клуб. Музыка гремит в ушах, заглушая все остальные звуки, так что не слышно даже того, кто находится рядом. На танцполе парни и девушки двигаются под эту гремящую музыку, кто, попадая в такт, а кто нет. Но это никому не важно, главное – слышать и двигаться в этой клубящейся массе, ловя ее настроение. Блики цветомузыки раскрашивают лица в причудливые расцветки, делая людей похожими на каких-то инопланетян, с разноцветной, пульсирующей как у каракатицы кожей.
Раствориться в этой музыке, забыть про все. Отбросить на какое-то время все предрассудки и запреты, просто «улетая» куда-то далеко. Именно за этим я здесь. Сейчас можно все. Шаг назад, поворот, плавная волна всем телом, с закрытыми глазами, потому что тело и так чувствует, кто находится рядом. Забыться. Раствориться. Уйти. Я чувствую, как чьи-то руки едва касаются меня, заставляя продолжить движение, и резко разворачиваюсь, не на секунду не останавливая движений своего тела. Мужчина. Высокий, черноволосый, с пронзительными глазами, цвет которых не могу разобрать из-за полумрака и мелькающих огней. Красавец, что и говорить. Настоящий хищник. И этот танец – наш. На губах мелькает ухмылка, в глазах – опьянение музыкой. Я делаю шаг навстречу, безмолвно предлагая продолжить, и он это приглашение принимает. Мы кружим друг около друга, как два зверя, обозначая касания, но не касаясь. Мляяяять, ну разве можно двигаться ТАК? Грациозно, завораживающе, пьяняще. Люди вокруг расступаются, давая нам больше места, а некоторые откровенно пялятся. Плевать. Сегодня можно все. Сегодня – моя ночь.
Музыка обрывается резко, на самой высокой ноте и мы останавливаемся, глядя друг другу в глаза. Не знаю что отражается в моих, но в его я вижу желание. Откровенный голод, прожигающий меня насквозь. Мы оба тяжело дышим, но молчим и даже не двигаемся, пока ди-джей не ставит новую мелодию и клуб снова погружается в сумасшедший грохот. Брюнет не выдерживает потрескивающего молниями напряжения между нами первым. Я не слышу, но читаю по губам.
- Пошли.
Он хватает меня за руку и ведет куда-то, проталкиваясь сквозь беснующуюся толпу, содрогающуюся в пароксизме транса. А я не сопротивляюсь, позволяя себя вести туда, куда ему хочется. Потому что тоже этого хочу.
Через пятнадцать минут мы уже в его квартире. Пожалуй, так не гоняет даже Шумахер на своей гоночной «лошадке», как гнал по ночным улицам брюнет. Но мне в кайф, лететь вот так, как будто есть только свобода дороги, и нет ни проблем, ни забот, ни смерти. И есть хищник, что тащит пойманную добычу к себе в логово, удивляясь и радуясь, что эта добыча сама идет туда. За нами захлопывается дверь, и он накидывается на меня, прижимая к стене и впиваясь поцелуем в губы. Жестким, жадным, голодным. Я чувствую его возбуждение сквозь одежду и сам вжимаюсь в это великолепное тело, цепляясь пальцами в волосы и с не меньшим желанием отвечая на поцелуй. Я так и не понял, кто из нас застонал первым. Не успел заметить, как мы перебрались в спальню, раздеваясь на ходу и разбрасывая вещи по всей квартире. Но я великолепно помню как первым рухнул на кровать и застонал от удовольствия, ощутив сверху тяжесть навалившегося на меня мужчины. Слышу как стонет он, и этот звук заставляет подскочить и без того немалый градус возбуждения еще больше.
Я не знаю кто он, не знаю его имени, мы даже ни словом не перемолвились, пока ехали сюда, но мне это не важно. Важны только ласкающие меня руки, губы, жалящие поцелуями, обжигающая своим жаром кожа. Хочу, хочу, хочу… Скорее.. Еще… Кажется, я выстанываю эти слова вслух, извиваясь в его руках, потому что его взгляд полыхает звериным самодовольством. А через секунду оно сменяется таким желанием, что на мнгновение мне становится страшно. Но тело само тянется навстречу, уже не прося – требуя продолжения. Кажется, он удивлен. На губах мелькает и тут же пропадает усмешка, смытая выражением почти болезненного удовольствия, когда я чувствую его внутри себя. Слышу его рычание, его выгибает, а почти невидящий взгляд останавливается на моем лице. С губ срывается стон, я двигаюсь первым и он недовольно шипит. Не любит, когда перехватывают инициативу? Ха. Плевать. Я так хочу. Снова поцелуй, терзающий, болезненный. По-моему, он мне до крови губу укусил, потому что я чувствую солоноватый привкус во рту. Но почти не замечаю этого, едва не крича от выкручивающего внутренности наслаждения, напрочь вышибающего все мозги. А он не прекращает и двигается, двигается, двигается внутри, заставляя биться как под током. А потом – вспышки перед глазами, электрошок по телу и чернильная темнота. Тяжесть рухнувшего на меня тела, тяжелый воздух, хриплое дыхание и легкий поцелуй в висок.

Утром мужчина не обнаружил ни единого следа творившегося ночью безумия. Его одежда была собрана и уложена на кресло, а незнакомец словно растворился с первыми лучами солнца. Только смятая постель и все еще исходящий от подушек легкий запах говорили о том, что все это – не сон. И записка на тумбочке, которую брюнет обнаружил далеко не сразу. На ней размашистым почерком было написано всего одно слово. «Спасибо».

@темы: Яой, Мой бред

13:25 

Солнце

«А что подумал Кролик, никто не узнал, потому что он был очень воспитанным»
Это неправильно, противоестественно, невозможно. Но это было, и уже не вытравить, не исправить, не уничтожить. Остается только плыть по течению, отдаваясь этому сумасшествию. Когда он успел влюбиться в это недоразумение? Когда впервые понял, что это Солнце – настоящее и впопыхах данное прозвище оказалось отражением сущности? Когда это Солнце с грустной улыбкой сказало, что больше не сможет приходить? Или когда после трех лет разлуки он вновь ворвался в его сон? Мир не понимал, не мог понять, как он умудрился влюбиться…. в мужчину. В ребенка.
Он был ошеломлен, когда иссушающее его душу желание вдруг исполнилось. Они встретились не во сне. И оказалось, что то кареглазое чудо, которое он увидел впервые, выросло и превратилось в статного, красивого юношу. Ему уже исполнилось девятнадцать. Встреча оказалась случайной. Абсолютно. Что подтвердило изумление в глазах резко обернувшегося на знакомый голос парня. А Мир в первые мнгновения даже не понял что произошло. И только когда вновь увидел такие родные золотые искры в глубине шоколадных глаз, с губ сорвался изумленный шепот.
- Солнце?...
И сейчас, когда они уже дали друг другу клятвы и одели брачные браслеты, Миру хотелось кричать от боли. Потому что для его Солнца это была всего лишь сделка, помноженная дружескую помощь. Он всегда был для него чем-то вроде старшего брата или любящего дядюшки. А его Солнце стало для него всем. Поначалу даже сам Мир принимал это за любовь родителя к ребенку. Пока однажды, завидев как уже в реальности, а не во сне, на сопровождающего его парня откровенно вешается какая-то девица. Вот тогда внутри поднялась волна бешеной, звериной ревности. Захотелось убить того, кто просто посмеет прикоснуться к ЕГО Солнцу. А потом чуть не рухнул там же, где и стоял, заставив проступить изумление даже на лице своего всегда невозмутимого советника.
В ту ночь он так и не смог выспаться. Как и во все последующие, ведь его личный помощник всегда спал неподалеку – в соседней палатке или соседнем номере, а от одной мысли что он рядом, начинало колотить. И душу окутывал ужас – а если он узнает? Возненавидит и уйдет. И Мир больше никогда не увидит Солнце, согревающее его сердце и освещающее жизнь.
Его Солнце стоит рядом, доверчиво вложив свои ладони в его и твердо смотрит из-под густых ресниц. Вернее, пытается, потому что волнуется и до конца не может это скрыть, еле заметно хмурясь. И еще видит затаенную боль, что сам Мир скрыть не в состоянии. Зачем, зачем он настоял на этом?! Можно было найти другой выход, другую кандидатуру, в конце концов. Но он не сможет. Не сможет его никому отдать и лучше будет мучаться рядом, чем умирать от осознания, что сам отдал его кому-то другому.
Жрец заканчивает церемонию и они медленно опускаются с помоста, в зал, заполненный приглашенными, разодетыми в пух и прах. Они радуются этому знаменательному событию, кто-то искренне, а кто-то – и таких большинство – лишь эту радость изображая и уже прикидывая как можно использовать мальчишку в своих интригах. Вот тут их ждет большое разочарование. Это чудо, крепко сжимающее его ладонь, сто очков вперед даст каждому из них. Весь в отца.
Мир весь вечер проводит как в тумане. Улыбается, перекидывается фразами с гостями, пытается подбодрить и успокоить своего теперь уже мужа, но тот вяло отбрыкивается на такие попытки. Волнуется. Боится. Мир уже знает, что его Солнце не считает чем-то зазорным отношения между двумя мужчинами. И то, что он будет первым, и – пока они вместе - единственным, кто прикоснется к этому телу.
На небе сияет полная луна, гости уже давно перешли ту грань, что отделяет политическое сообщество от просто полупьяных существ. Они веселятся каждый по-своему, уже не обращая внимания на новобрачных. И Мир ведет его подальше отсюда. Через сад, залитый лунным светом, в другое крыло замка. Молча они проходят по лестницам и коридорам, пока мужчина не открывает дверь спальни. С этого момента – их спальни. Малыш шумно вдыхает и Мир готов убить самого себя за этот его страх. Внутрь они заходят все так же молча. Захлопывается дверь, и кажется, что на мнгновение это звук оглушил. Мир оборачивается и смотрит на юношу. Взволнованного, но тщательно пытающегося это волнение скрыть. И такого прекрасного. Светлые, переливающиеся рыжим, волосы так и не послушались рук мастеров и рассыпаются в творческом беспорядке, несколько тонких прядей падают на глаза, и пальцы сами тянутся их убрать, чтоб открыть обзор завораживающим глазам. В карем омуте, на дне которого подмигивают озорные золотые звезды, можно утонуть, и Мир тонет, замирая. Его Солнце смущается этого пристального взгляда, нежная светлая кожа покрывается легким румянцем, а в глазах мелькает вопрос.
- Мир? – недоуменное, чуть хриплое от перехватившего горло волнения. И Мир отступает, пытаясь сбросить наваждение.
- Ничего, все хорошо. Успокойся. – на губах слово сама по себе появляется улыбка. Никто еще не видел как его Солнце смущается.
- Угу, успокоишься тут. Между прочим, я еще замуж не выходил. – невыразимо мило бурчит он, обхватывая себя за плечи и отводя глаза.
- Ну, знаешь ли, я тоже. – мужчина хмыкает в ответ, на мнгновение ощущая как пелена боли и тоски чуть отступает от радости и тепла, снова подаренными светловолосым чудом.
- Сначала в ванную, потом – спать. – объявляет слишком уверенным и беззаботным тоном, что никак не вяжется с внутренним состоянием. Он кивает в ответ и все видом показывает, что первым не пойдет. И Мир подчиняется, уже в который раз, не смея отказать ни в чем. Скрывает это за шутками и подколами, что на какое-то время заставляют юношу забыть о всей этой ситуации, и так привычно огрызаться в ответ.
Мир не может находиться в воде долго, не может успокоится и заставить себя не дрожать. Когда он выходит, в комнате царит полумрак, видимо, яркий свет Солнцу пришелся не по нраву. Юноша вскакивает, кидает на полуголого Мира странный взгляд и тут же скрывается за дверью. А Мир как подкошенный падает на кровать, натягивая на себя одеяло, словно пытаясь спрятаться, убедить себя, что все это – лишь сон. Ведь вместо долгожданного счастья в сердце поселилась горечь. Ведь это – всего лишь сделка. И для его Солнца он – любящий родственник, но никак не большее. А Мир успел убедиться в отношении Солнца к межродственным связям. Однажды зашел разговор об доном из родов и о том, что там практиковались браки между кровными родственниками. И его Солнце сначала изумилось, а потом скривилось так, словно перед ним было что-то невыразимо мерзкое. Это будет даже хуже чем ненависть. Мир этого не переживет. А острый слух, помимо воли улавливал плеск воды за дверью, и живое воображение, ничуть не интересуясь мнением хозяина, рисовало в голове картинки плескающегося юноши с блестящими шоколадными глазами. Застонав от бессилья, он прижал подушку к голове, но звуки, кажется, только обострились. Шаги.. Он идет.. Мир торопливо сел, облокотившись на мягкие подушки, сваленные у спинки кровати, и замер, не в силах вымолвить ни слова. Солнце… Тонкая , доходящая до середины бедра, рубашка ни капли не скрывала великолепия юного тела, лишь будоража желание прикоснуться, влажные волосы прилипли к шее, маня заскользить по ним пальцами, открытые взору стройные ноги словно нарочно вызывали непристойные картинки в голове.
- Мир, нечего на меня смотреть как голодный грон на кусок мяса. – в голосе слышится явное недовольство и смущение. Мир же усмехается в ответ, пытаясь как-то разрядить обстановку.
- Ну я же не виноват, что ты так аппетитно выглядишь.
Мальчишка фыркает в ответ и уже гораздо увереннее направляется к постели и присаживается рядом. Прижимается к его боку и замирает. Мир вдруг понимает насколько он напряжен. И Солнце тоже это чувствует. Неожиданно хмыкает и поворачивается к мужчине лицом, глядя в глаза, открыто заявляя. Так, как может только он.
- Знаешь, никогда бы не подумал, что в первый раз все будет вот так. Хотя, если честно, я об этом вообще не думал. Но знаешь.. Я рад тому, что это будешь ты.
На секунду Мир забывает как дышать.
- Но..
А Солнце сам отвечает на невысказанный вопрос с легкой улыбкой, словно объясняя маленькому ребенку прописные истины.
- Я тебе доверяю…
Эти слова эхом отдаются в голове. Еще не люблю, но кто знает. Эти слова дарят надежду.. Мир не замечает момента, когда успевает наклониться, и только слышит свой шепот прежде чем касается губ поцелуем.
- Я не обману тебя..
Поцелуй выходит жарким и.. нежным. До безумия, до кругов под закрытыми веками, до замирания сердца. Он целует свое солнце, отдавая все что накопилось в сердце, всю нежность, всю любовь, все стремления и чувствует как его Солнце отвечает ему, пусть не сразу, ошеломленное таким напором, но отвечает. Сердце стонет от этого отклика. И Мир не сразу осознает, что этот стон он и вправду слышал. И стонал Солнце. От этого звука вся плотина, что он так тщательно строил на протяжении все этого времени, была сметена как бумажный листок ураганом. Пальцы зарылись во влажные светлые волосы, притягивая еще ближе, рука уже заскользила по спине, а поцелуй стал не просто страстным – диким, по -животному жадным. Юноша дергается в его объятьях и Мир отпускает его губы из плена, но тут же нападает вновь, покрывая поцелуями лицо и доверчиво открытую шею, и хрипло шепчет, не в силах сдерживать разрывающего и убивающего изнутри того калейдоскопа чувств, что он так тщательно пытался сначала уничтожить, а потом спрятать.
.- Солнце мое… Позволь мне.. Быть рядом…Позволь сделать тебя счастливым… - Юноша в его руках судорожно вздыхает и вцепляется пальцами в плечи, вздрагивая. – Позволь мне любить тебя.. Солнце… - а в голосе слышится мольба, страстная, отчаянная, на грани сумасшествия.
Его Солнце вдруг стонет, громко, протяжно, зовущее..
- Мииир…
Он вздрагивает, словно от удара и отстраняется, понимая что только что натворил. Заглядывает в глаза. И каменеет, видя в карих омутах желание. Жгучее, опаляющее, сводящее с ума своим пламенем. Солнце вдруг улыбается, сквозь это обжигающее пламя проглядывают теплые лучи и с его губ слетает.
- Придурок... Я люблю тебя. – И целует. Сам подается к его губам, дрожащими руками обнимая за шею, а Мир понимает, что это – рай. Здесь и сейчас. Потому что большего счастья испытать нельзя.
Это была их ночь. Два тела, сплетенные на постели в объятьях, жгучие поцелуи, что как самое желанное клеймо на теле, ласки, уносящие куда-то в небо. Стоны, звучащие неземной мелодией, гибкое тело в его руках, извивающееся от наслаждения, зовущее утонуть в нем, раствориться. И Мир растворялся, отдавая всего себя, не в силах насытиться криками золотистого божества, его до непристойности совершенным телом и лицом, его открытой душой. В памяти отпечатываются лишь урывки этого невозможного сна. Слетает прочь одежда и Солнце льнет к нему, со стоном прижимаясь всем телом и откидывая голову назад, подставляя шею для настойчивых поцелуев. Он всхлипывает, извиваясь как уж на сковородке, когда Мир никак не желает отпускать покрасневшее от прилива крови ушко, лаская его языком и нежно покусывая. Ласковые руки скользят по спине, переходя вдруг вперед, к животу, и продолжают свое путешествие еще ниже, а Мир неожиданно громко для самого себя стонет, выгибаясь, когда осторожные пальцы касаются горящей плоти. В уши вклинивается просящее, умоляющее
- Мииир.. Пожалуйста… - и он не может сдержаться, опускается ниже и обхватывает губами изнывающую плоть, с восторгом вслушиваясь как кричит от наслаждения его Солнце.
Стройные ноги обвивают его талию, требуя не медлить, и он входит одним резким движением, не сумев сдержать стона. Юноша под ним шипит от боли и Мир замирает, потому что причинить боль ему – хуже чем святотатство. Целует нежно, собирая нежданные слезы со щек, а потом чувствует легкое движение бедер и делает первое движение первым. А дальше… Дальше все слилось в один нескончаемый поток наслаждения, невыносимого, почти болезненного, когда сердце грозит вот-вот разорваться в груди, когда слепнешь и глохнешь, непонятно как не теряя сознания когда окружающая реальность взрывается осколками…
Неудивительно, что уснули они только под утро и проспали почти сутки, никак не реагируя на попытки ворваться в их покои. И проснулись одновременно, когда любопытная луна заглянула в распахнутое окно. Но это уже совсем другая история.

@темы: Мой бред, Яой

01:28 

Библиотечная крыска.

«А что подумал Кролик, никто не узнал, потому что он был очень воспитанным»
« Так же отличительной особенностью Шириитских крыс, кроме их размера, конечно, являются чешуя на хвосте, а так же раздвоенный язык и пара ядовитых клыков в пасти. Шерсть, как и у обычных крыс, чаще всего серого цвета, но так же встречаются как белые, так и черные особи. От чего зависит окрас – неизвестно.
Самой же главной причиной, по которой выделяют этот вид животных, это абсолютная непроницаемость к магии. Любые заклятья просто впитываются в их тело и маг, даже находясь рядом, чувствует упадок сил, как и не может выполнить ни одного магического действа по той же причине – магия попросту всасываются этими крысами, что делает на них невозможной магическую охоту, но делает вполне досягаемой добычей для воинов. Впрочем, ум этих крыс легко позволяет им обходить ловушки и даже иногда самим охотится на тех, кто посмел напасть на их собрата. И далеко не все команды эльфийских охотников возвращались живыми из таких походов. Есть даже мнения, что Шириитские крысы – разумны, но эта теория ничем не доказана. Впрочем, опровергнуть ее тоже никто не смог.
Шестьдесят лет назад этот вид животных внесли в Золотую книгу Либриума как исчезающий вид. Магические попытки наблюдения за островом Шириит никаких толковых данных не принес – из-за количества особей даже наблюдение через ментальное или астральное поле не давало результатов из-за сильнейших искажений, вызванных природными особенностями данного вида, а исследовательских групп было слишком мало. Был случай, когда исследователи смогли измерить, условно, конечно, искажение одной особи подросткового возраста, и они были не слишком велики. Но с возрастом, несомненно, возрастают. Именно из этих условных измерений была предположена численность популяции – около восьмидесяти особей.
После объявления Шириитских крыс вымирающим видом охота на них была официально запрещена законом. В первую очередь – в Лесу светлых эльфов, так как подобная охота была традиционным развлечением знати. С тех пор ни одного факта смерти крыс не зафиксировано.»

Я отложила стило в сторону, еще раз пробежала глазами готовый доклад и устало вздохнула. Вроде бы все правильно. Писать этот доклад оказалось…забавно. Приходилось все время следить за собой, дабы повернуть факты так, как их видела я, а не окружающая общественность. Преподаватели ценили меня не только за старание и стремление к учебе, но и за то, что иногда на совершенно обычные вещи у меня получалось смотреть совершенно под другим углом. Порой простейшие, на мой взгляд, вопросы вводили профессоров в замешательство. Просто потому что они раньше не думали над этим так. Вот вам и еще один маленький камушек. А все издержки воспитания. Закрытая община, что тут поделать. Мы практически не общаемся с остальным миром, живя на совсем небольшом островке. Вернее, мне это больше напоминало выживание. Но и выйти к людям-нелюдям мы не можем, слишком велик риск того, что небольшую общину быстро приберут к рукам. Нас банально слишком мало. И об окружающем мире информации тоже слишком мало, так что когда у меня проявились способности к магии, вся община была просто в восторге. На всеобщем совете было решено отправить меня на обучение. Во внешний мир. Впрочем, я и сама была «за» всеми конечностями.
Как я добиралась до Магистериума – лучшей школы магии во всем Либриуме, - стоит отдельной поэмы, в которую ни один идиот на трезвую голову не поверит. Чего только стоило отловить эльфа-зоолога, искавшего на нашем острове какого-то таракана, и сделать так, чтоб он забрал тринадцатилетнюю девочку с собой. Про плавание через море, так лучше вообще не вспоминать. Но я все же добралась, причем практически благополучно. Но к тому времени уже поняла, как следует себя вести. Наша община была слишком специфичной, и потому многим мои действия и манеры казались дикими. Ладно хоть не шарахались, как от прокаженной. Да и информация об окружающем мире была весьма скудной.
Я еле успела к началу нового набора и благополучно его прошла, попав…к темным магам. А это вам не обычные светлые. Темные – это целая отдельная раса с объединяющими их чертами характера – желанием доминировать и командовать, постоянно доказывать свое превосходство. Расы были разными, но вот это стремление – было у каждого. Наверное, это влияние темного источника. Так что пришлось свое превосходство доказывать и мне, как в шутливых спорах с приятелями, так и в серьезном противостоянии с недругами. Думаете, среди детей такого быть не может? Тогда вы глубоко заблуждаетесь.
В начале третьего курса Магистериум заключил договор с вампирским кланом и большинство темных предметов перешло в их лапы. Но мне это нравилось. Они были словно не от мира сего, хотя нам и объясняли про особенности клана Миир, но увидеть это вживую было совсем не то, чтоб услышать. Тогда мне и привалило счастье в виде личных учителей, аж трех штук. Все выбранные мною специальности вели именно они.
Но завтра их в расписании не было, и за это я благодарила всех богов, вместе взятых, и особенно Шута, прося у меня удачи для своей затеи. Доклад по магическим существам был последним домашним заданием и я со спокойной совестью свернула его, запечатала и подозвала своего слугу. На третьем курсе некромантам позволили провести самостоятельную практику( в смысле, преподаватель должен был вмешаться только когда адепт одной ногой наступал в уютный гробик, приготовленный ему где-то в подземельях демонов). Многие предприняли попытки создать зомби, но только у меня получился настолько дееспособный, что не только второй год продолжал действовать, но и был наделен зачатками разума. По крайней мере, команды он понимал с первого раза. После этого зомбик подвергался разносторонним усовершенствованием с моей стороны, и сейчас представлял собой образец прекрасного слуги. А что внешность специфическая… Так я некромант, а не друид, чтоб у меня цветочки бегали. Лично меня не отталкивает, а остальные пусть глаза закрывают, если не нравится.
- Люч! – гоблиноподобное существо( для основы служило именно тело гоблина) оп первому зову оказалось рядом, радостно скалясь широкой пастью с тремя рядами зубов. Треугольные уши торчали на макушке, как у собачки, а две из четырех рук нервно подергивались – ну точно хвост, честное слово. – Вот, возьми это и отнеси в мою комнату. Уберешь как обычно.
Зомбик, которому я дала кличку Лючик, оскалился еще шире, хотя казалось куда уж. Мотнул головой и умчался из библиотеки. Подхватив сумку с книгами и сделанным заданием.
Часы над входом пробили одиннадцать вечера. Пора. Комендантского часа у нас нет, но большинство студентов в то время либо на уроках ( темные) у себя в комнатах или студенческом клубе( все остальные), я же часто задерживалась, так что никто не удивится. Поднявшись из-за стола. Я внимательно прислушалась и принюхалась. Звериные инстинкты говорили о том, что я тут одна. Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, я поднялась из-за стола и пошла вглубь библиотеки. Туда, где находилась запретная секция. Мне удалось там побывать лишь однажды, в прошлом году. Тогда я ходила туда под присмотром Магистра Максимилиана, но после этого моя задумка стала лишь ярче и определилась четче. Только умений не хватало. Сегодня, надеюсь, хватит.
Стеллажи, стеллажи, стеллажи… Через десять минут уже начинает казаться, что они образуют сплошной лабиринт и тут недолго и заблудиться. Кстати, с первокурсниками часто такое случалось. Наверное, будь на моем месте кто другой, потихоньку начал бы поддаваться панике, но некроманты – слишком закаленный народ. А тем более некроманты, выросшие в гораздо более запутанных лабиринтах. Память уверенно меня вела к нужному месту. Вот и стена. И маленький нарисованный лисенок на ней. Свернулся клубочком и мирно спит. Теперь первый шаг. В рисунок летит даже не проклятье, а всего лишь небольшое заклинание, из разряда первого курса общей магии, что служит упражнением для концентрации внимания над потоком силы и мысленного управления. Мы часто так развлекались, оживляя рисунки, заставляя их прыгать по страницам и корчить забавные рожи. Минут через десять – пятнадцать они успокаивались и застывали. Я его лишь немного изменила…И со стены на пол летит уже вполне живой страж – пушистый даже на вид лисенок. Еще одно заклинание – усыпления, и зверек даже не дергается, когда падет на каменный плиты. Только хвостом виляет, закрывая мордочку, вызывая у меня на лице веселую улыбку. Мда, приятели бы увидели у меня на лице такое выражение – в себя приходили бы долго. Рядом ложиться полупрозрачный камень, напитанный энергией до отказа, чтоб пушистик точно не проснулся до моего возвращения. А теперь нужно переходить ко второму этапу. Надеюсь, я правильно рассчитала искажения и меня не схватят при первом же прикосновении к охранке. В темноте мои глаза вспыхивают. Вот сейчас и узнаем. Быстро раздеваюсь и складываю одежду так, чтоб сразу было незаметно - вплотную к одному из стеллажей. Хотя, конечно, мало найдется дураков, что пойдут сюда в такое время. Но закон подлости – самый действующий во всех мирах.
Выдохнула, мысленно приготовившись, и едва не закричала от боли. Тело выворачивало и ломало, как будто пропуская через мясорубку, а я только и молилась, чтоб не издать ни звука. Да, я оборотень, но превращения для меня болезненны. Именно это было одной. Но отнюдь не самой главной из причин того, что за все эти годы пребывания в академии я смогла сохранить его в тайне. Не пробудись во мне магия, эти превращения были бы и вовсе невозможны, и я никогда бы не встала на две ноги. Наследие крови, говорили родители. Мы все были его носителями, но раскрылось оно почему-то во мне. В такие моменты я жалела об этом, но это сожаление мелькало острой вспышкой и пропадало. Я же не сумасшедшая, жалеть о таком подарке. Который уже сейчас приносит мне кучу проблем.
Мир успокоился. Кожа покрылась шерстью, четыре лапы твердо держали меня на каменном полу, не стремясь разъехаться в стороны, нос ловил запахи, вызывающие стойкое желание расчихаться. Ну что ж. Помоги мне боги…и демоны.
* * *
В запретной секции библиотеки вольготно расположился посетитель, каких тут не бывало от основания Магистериума. Гигантская крыса, - воистину по-другому и не скажешь: полтора метра в холке!- листала лапой вытащенную с полки книгу. Вокруг нее валялся еще почти десяток. Пролистав фолиант, крыса шваркнула лапой, со злостью захлопывая книгу. Демон на обложке неприязненно заворчал, но тут же затих, стоило звериной лапе к нему потянуться. А животное поднялось с пола, хлестнув хвостом. Что странно, никакой реакции на такое святотатство со стороны черномагических книг не последовало. Тем временем крыса пыталась успокоить собственные нервы и не погрызть случайно попавшийся в пасть переплет. Ради чего столько стараний, спрашивается? Тут даже нужных книг нет. Вызов демонов – есть такое, их клятвы крови – пожалуйста, классификация, способы питания, привязка и способы превращения – да сколько угодно. Даже постоянно обновляющийся глоссарий есть! Но нет ничего по истории. По НАСТОЯЩЕЙ истории того, кто приходил в этот мир восемьсот лет назад и кто оставил их здесь. А ведь должно быть. Просто обязано, ведь во всех книгах это время называют годом Мора. Вот только правды не пишут. Но нет ни то что ответа, даже намека на то, кем был их создатель и почему они бежали сюда. Все зря. Хотелось рычать, кусаться и беситься. И это – самая большая библиотека запрещённых книг?
Хотя… Что тут говорить, демоны – вообще тема запрещенная. Светлые, даже если у них есть такие книги, держат из там, где никто в жизни не найдет. Но ей нужны ответы. Ей надоело прятаться. Ей нужно знать как заставить спящие знания проснуться у всех представителей ее народа. Или – вида, как говорили здесь. Хоть об стенку бейся. Учитель, учитель. Видно, плоха твоя ученица, раз не может вести себя достойно и мыслить разумно, хватаясь за соломинку. Утешало одно – полезных знаний она поднабралась и здесь. Многое пригодиться в будущем. Но утешение было слабым, надо сказать.
При мысли об учителе крыса вдруг перестала метаться, грозясь посшибать клетки, и замерла. А ведь он – Миир. Миир… Ученые, охотники до знаний, практически свихнувшиеся на этом бзике. И запретных тем для них нет. И он обещал взять ее на практику во владения клана, чтоб не забрасывать обучение по всем трем направлениям. А там, наверняка, очень много интересных мест. И библиотека поинтереснее этой, по крайней мере на тему запрещенной информации.
Чешуйчатый хвост лег на передние лапы. Крыса неожиданно оскалилась в гримасе, похожей на улыбку. Раздвоенный язык пробежался по ядовитым клыкам.
Что ж, туда однозначно стоит заглянуть.

@темы: Мой бред

00:25 

Однажды в лесу, или захолустный детектив

«А что подумал Кролик, никто не узнал, потому что он был очень воспитанным»
Однажды в далекой-далекой галактике… Уже было? Хм… Тогда так. В Тридевятом Царстве, в Тридесятом Государстве… Что значит – у меня склероз и это тоже было?! Не перебивай меня. Я читаю – ты слушаешь, ясно?
Вот, сразу бы так..
На чем мы остановились? Ах, да… Шут знает где, у черта на куличках, стоял лес. Простой лес, ничем непримечательный – никаких гиблых болот, жутких лесных монстров или лепреконов с золотом. По соседству с лесом стоял городок, тоже совершенно обычный, и жили там обычные люди. В лесу тоже поселение было. Нет, не дикари. Какое единение с природой? Причем тут костры с травой и бутылки с зельями? Ты где вообще такого набрался?? От кого? Нет, ну это надо! Я тебе больше с ним общаться не дам. И мне все равно, что это мой брат! Нашел чему ребенка учить… А ты его не слушай, а слушай меня. Слушай, я сказал, иначе сказку тебе мой папа читать будет.
То-то же. Жили в этом лесу зверолюди. Жили, не тужили, пока в лесу не начались твориться странности. А точнее, в лесу начали неожиданно пропадать жители. На первую пропажу не обратили внимания – ну подумаешь, заяц опять ушел. Никто в посёлке даже беспокоиться особо не стал – этот длинноухий авантюрист частенько пропадал на несколько дней, отправляясь «в путешествия» до ближайшей пустой берлоги, которой устраивался и строчил очередной роман века. Шаман передал весточку зверятам, чтоб дали знать, если увидят, и успокоился. У него были гораздо большие проблемы, чем поддавшийся приступу графоманства ушастый. Духи практически прекратили с ним разговаривать. Отвечали через пять раз на шестой, а за услуги требовали такую цену, что проще самому переродится, чем выплатить. Но когда через два дня к шаману пришла заплаканная барсучиха с просьбой помочь найти пропавшего сыночка, волк забеспокоился. Казалось бы, ничего страшного, дети существа шебутные. Заблудился где-нибудь и быстро найдется, но индикатор неприятностей ясно намекал, что не все так просто. Едва не убившись и не оставшись без души, шаман провел обряд, и духи выдали ему информацию, да такую, что волк чуть не поседел. Мальчишку выкрали, это раз. Его душу разделили с телом, это два. И эту душу где-то заперли, это три. Где, кто и как – резко разобидевшиеся духи говорить отказались.
Вот тогда всполошился не только шаман, но и все лесные жители. Весть о неведомом тате разнеслась со скоростью трещащих сорок. Расспросами были замучены все зверолюди, осмотрен и обнюхан каждый куст в лесу… Результатов не было, барсучонка так и не нашли.
Каких трудов стоило шаману, к которому пришла лесная делегация, утихомирить старосту, не рассказать. Каких же сил ему стоило расследование – и вовсе отдельная история, по которой можно справочник написать, посвященный болезням и психологическо-магическим пыткам. Но постепенно картинка начала проясняться, и вот тогда печенка уже не намекать начала, а вопить дурным голосом о том, что пришел в их лес белый северный лис. У шамана появились недобрые конкуренты…
Через две недели, в течение которых хвостатые детективы поставили на уши не только весь лес, но и половину городка, в окно к Серому прилетел один из его надежных осведомителей – воробей, - и хорошо поставленным голосом сообщил, что в лес заявилось неизвестное лицо(потому что за капюшоном лица не видно), и в одиночестве идет по тропинке. Волк, сидевший над изготовлением очередного амулета, таким взглядом на воробья зыркнул, что тот попытался изобразить обморок и выпал из окна от греха подальше. Притушив зеленое пламя в глазницах, шаман спешно накинул на себя ожерелье из клыков и помчался узнавать кто там такой смелый.
Нет, я не знаю чьи это были клыки. Что? Он что, дурак – у себя клыки выдирать? Там же никакой медицины нет! И вставных челюстей тоже не делают. Тебе чколько раз говорить – заткнись и слушай.
Ну, так вот, побежал он выяснять кто в лес приперся, потому что как только городские узнали об исчезновениях, дураки соваться в лес сразу же пропали. Наверное, волк только один и не боялся без сопровождения холить. Хищник он или старушка в бигудях?
Бежал он довольно долго, так как воробей, зараза, о местонахождении гостя доложить не удосужился, и приходилось останавливаться, чтоб задать парочку вопросов. Но все же он это сделал. Да, сделал! Только помогли ему не лесные жители, а запах. Одуряюще вкусный, как кошачья мята для лесного кота. Стоило только уловить – и с пути волчара больше не сбивался, мчась как корабль в ночи на свет маяка. То есть быстро, но осторожно. Потом он этого гостя увидел. Им, а вернее, ею оказалась девушка – блондинка, главной деталью одежды которой был ярко-красный плащ с капюшоном. Зачем она такой надела, если он внимание привлекает? А я откуда знаю? Тебе же русским по белому сказано – блондинка. Что ты еще хочешь?
Так вот, повторяю. Блондинка в красном плаще с капюшоном, в мягких штанах, рубашке и сапогах. В руке – корзинка плетеная, которая этот вкуснющий запах и источала. Облизнувшись, волк аж сам не понял когда успел выскочить и перегородить девчонке дорогу. Вздрогнув, она завизжала и шарахнулась назад.
- Пррости, не хотел тебя напугать… – Рыкнул зверолюд, делая шаг назад и активно принюхиваясь. Не удивительно, пирожки у нее в корзинке ароматные и пахнут так, что даже у меня слюнки текут. Что уж говорить о волке с его чувствительным обонянием. Иди ты знаешь куда? На кухню! У меня просто воображение богатое.
- Ничего. Просто ты так неожиданно появился… – Девчонка быстро успокоилась и уже доброжелательно улыбалась волку, рассматривая зверолюда едва ли не с детским любопытством. А зверь наоборот, нахмурился.
- Разве ты не знаешь, что ходить по лесу в одиночку сейчас опасно? Куда ты направляешься? – Но расслабился и начал вопросы задавать. По привычке те, что в голове крутились с самого начала этих исчезновений. Ну никак волк не мог понять – почему девчонка-то одна пошла, если ей так приспичило?
- К бабушке в гости, она живет на той стороне леса. Вот пирожки ей несу, – снова одарив серого улыбкой «а-ля куколка», девочка открыла крышку корзинки и сунула зверолюду в морду, вроде как чтоб он убедился. Вот тогда шаман и понял, что значит по-настоящему уйти в астрал... Никаких медитаций и зелий не понадобилось. Глазки затуманились, лапки опустились..
- Ага. Ясно. Давай я тебя провожу, а то мало ли…
- Так это правда? – Не замечая состояния волка, блондинка всплеснула руками. – В лесу правда жители пропадают? А я-то думала, наши по-пьяни наслушались и теперь заливают всем подряд..
- Нет, не заливают. – Волк вдруг усмехнулся, а девчонка настороженно так на него взглянула. Особенно – на впечатляющий набор зубов… Зверь же продолжил. – Не врут слухи. Так что в городе передай, чтоб поодиночке не ходили. А тебя я сейчас провожу, вдруг тать объявится.
- Нет! – широко распахнув глаза, девчонка руками всплеснула, так что с притропиночного куста чуть любопытную синичку не сшибла. – Там же бабушка у меня. На краю леса, в избушке живет. Одна! А вдруг с ней что-то случилось? - заметалась человечка перед зверем, руки заламывает, головой качает, так что капюшон аж слетел, открывая милое личико и голубые глаза. - А, может, ты мне поможешь? - осенило девицу и, молитвенно сложив ручки, она кинулась к волку. Еще и на жалость давить начала, а ни один мужик против женских слез не устоит, будь он хоть десять раз волком.
- Раз на меня не напали, так и дальше не нападут, тут осталось дойти совсем чуть-чуть. Не мог бы ты добежать до ее домика и посмотреть все ли с ней в порядке? Пожалуйста!
Волчара исключением не стал. Заторможено кивнув, он рыкнул.
- Хоррошо. Как к ней добраться?
- Спасибо Вам, господин волк! – на лице девицы сразу же появилась широкая улыбка, как у щенка, которого покормить пообещали. – Очень просто.
Выдав короткие и понятные инструкции, она проследила, как волк скрывается за деревьями, и довольно улыбнулась. В глазах куколки появились отблески ума.
Она сунула руку под плащ и вытащила резной амулет, сжав его в ладони.
- Бабушка, жди. Сегодня придет хорошая добыча…
А волк тем временем ломился сквозь кусты, как бешеный осел, не замечая препятствий. До тех пор пока под лапы корень не попал. Что, что... Въехал со всего размаху в кусты колючек и носом землю пропахал. Под лапы-то смотреть надо. Плюхнулся на пятую точку и замотал башкой, пытаясь мозги на место поставить. А как поставил – еще раз долбануться захотел, уже самостоятельно. Нет, не был он мазохистом, с чего ты решил-то? Нет. Это чтоб мозги уже капитально на место поставить, ну и еще за собственную глупость в наказание. Понял просто, что за пирожки ему понюхать дали.
Посидел еще минут пять, все колючки вытащил и побежал дальше. Как куда – к бабушке. Чего это ты такие глупые вопросы задаешь? Неужто спать уже хочешь? Я тогда пойду.. Эй, стоп! Оставь мою рубашку в покое, не надо меня тянуть! Хватит! Сяду, я, сяду, успокойся только.
Где остановились? Аа.. Ага, нашел.
Прибежал волк по указанному адресу – и правда избушка стоит. Добротная такая деревянная изба. Ну, он, как нормальный зверолюд, на задние лапы встал, по ступенькам поднялся и в дверь постучал.
- Ей, есть кто дома? Меня прислала Ваша внучка.
В ответ – тишина. Не понравилось это волку, он еще сильнее постучал, так что дверь почти не выломал. Зато сразу голос изнутри послышался. Старческий, скрипучий такой и противный-противный, как голос твоей няни, когда она опять тебя распекает.
- Слышу, слышу… Дерни за веревочку, дверь и откроется .
Ну волк и дернул. Запомни раз и навсегда – никогда не дергай за подозрительные веревочки. Дверь распахнулась и бедный волк, который и так себе морду помять успел, едва по этой самой морде не получил. Еле увернуться успел от обуха топора, нос ему летящего. Отскочил, а враг неведомый на него попер – здоровый бугай с топором. Машет им, как карапуз прутиком, волка достать пытается. А за ним из дома еще парочка таких же выбегает, аж взглянуть страшно. Как будто шкаф на ножки поставили, вот какие. И давай волка пытаться оглушить… А на крыльцо бабушка вышла и криками своих бойцов подбадривает. Те только больше стараются, да вот беда – тела слушаются плохо. Волк тоже не дурак, а шаман со стажем – больше вопросов, куда души пропавших посадили, не возникало. Как понял? Слушай, тебе что, все отличия големов, гомункулов и искусственно созданных тел описывать? По комплексу визуально-магических признаков! Да что ж это такое! Не надо глаза такие делать, а то я подумаю. Что ты тоже пирожков нанюхался. По глазам и запаху почуял… Как, как… Блин, чуйка хорошая!
Так вот… Опять? Топоры зачем, если дубинки удобнее? Да не знаю. Но по секрету скажу – внучка колером пошла в бабушку. Нет, не по умственному развитию! Не перебивай, сказал, тут эпическая битва, а ты лезешь со своими вопросами.
И вот вертится между ними волк, чтоб тело не поранить – жалко ведь, бедных, - и самому по кумполу не получить. Но не зря он кучу времени над амулетами просидел, ох не зря. И ловушку для душ делал тоже. Набор клыков с шеи снять умудрился, да и заехал в лицо первому бойцу. Тут осел сразу же, а сам волк увидел, как призрачный барсучонок торопливо в клык забирается. Ну, остальные не поняли, замешкались… А волк хлысть одного, хлысть второго.. Ведьма аж взревела:
- Убиить!!
Видно, расхотела волка живьем взять. Своя-то шкурка дороже, как говорится. Видно, не совсем блондинка была. Ну, после такого серый и вовсе как с цепи сорвался. Ему жить тоже хотелось. Трижды по маковке едва не получил, один раз ухо поцарапал, но все души в амулеты перетащил. Встал среди лежащих тел, к бабке-ведьме развернулся, рычит тихо, но угрожающе.
- Ах ты серая тварь, ты знаешь сколько времени у меня ушло на то, чтоб отловить материал? А чтобы астрал заблокировать? – Взъярилась старуха. А ведь до того вполне благообразной бабушкой выглядела. Чепчик, платье цветастое…
Ветвистая молния срывается с растопыренных рук, но волк готов и уворачивается, прыгая вперед и в сторону. А оптом еще раз и еще, с рук старушки молнии сыпятся, как блохи с лысой собаки.
Волку все нипочем, ты попробуй с детьми в снежки поиграй, да чтоб ни разу не попали.. Это посложнее будет. Да только во время очередного прыжка печенка снова взвыла, а расслышать ее голос серый не успел – приложило его в спину знатно. Шерсть вспыхнула, волк зарычал, а сзади послышался смех.
- Надеюсь, я не лишила тебя развлечения, бабушка?
Блондинка подоспела, чтоб ей всю жизнь на диете сидеть и все набирать! Я спокоен. Нет, я сказал – я спокоен! Не лезь ко мне, тихо сиди! Тут битва добра со злом, а ты меня пихаешь! Что там дальше-то?
Упал волк на землю, и катается, пламя тушит, пока дамочки довольно ухмыляются, да осторожно лапой к уху тянется, чтоб не заметили и опять двойной молнией не приласкали.
- Нет, внученька, как раз ты. А то умаялась я с ним, возраст-то уже не тот… Да и тебе учится пора.
Новый огненный шар прилетает в волка, подпалив шерсть на кончике хвоста.
- А он шустрый… – подходит ближе, глядя на хрипло дышащего зверя, неподвижно лежащего на земле. Он не двигается, даже не пытается, только схватился за кровоточащее ухо, зажимая пальцами ранку.
- Ты смотри осторожнее, он шаман, как- никак. – Слышится старушечий голос с нотками беспокойства. Блондинка ответить не успевает. Серьга, что ранее украшала ухо зверолюда, трескается под нажимом его когтей и силуэт шамана скрывает зеленое пламя. Вой ввинчивается в уши, а темная зелень накатывает хищным рывком на не успевшую отшатнуться девушку. На мгновение проявляется волчья голова в этом облаке и без единого звука проходит сквозь тело блондинки. Да только на «выходе» держит в пасти ее же, но полупрозрачную и с недоумением на призрачном лице. Рывок живого волка, распластавшегося на земле – и когти входят в грудь ведьмы, а ожерелье захлестывается на ее шее. И снова та же история – душа старушки уходит в один из клыков. Зеленое призрачное пламя распадается на десяток волчьих фигур. Они делают круг почета над шаманом, отдают ему добычу в виде души девушки, легко запихнув в узорчатый амулет, и уносятся прочь зеленым туманом. Свою плату они получили гораздо раньше.
Неужто все закончилось? Даа... Как-то все не так... Что? Что дальше? А дальше просто. Тела пропавших зверей и людей, - оказалось что и люди стали жертвами, - нашлись в подвале дома. Повозиться волку, конечно, пришлось, но души он в родные обиталища вернул, да там же, в подвале, и отрубился. Продрых аж целые сутки, пока заяц его не осмелился растормошить. Потом его, как героя, домой отвели. В смысле, благодарили, но держались подальше, так, на всякий случай, только волк людей не отпустил. Отдохнуть заставил, к дому старушки парочку медведей отправил, а потом они всей толпой пошли в город, прихватив с собой тела и запертые души. Что бы там не говорили, но старые заветы зверолюди нарушать не собирались. Пусть людей люди судят, а уж волк поспособствует.
Тут и сказке конец, а кто слушал, тому в следующий раз не будет читать мой папа. Ну что опять? Каждая сказка должна чему-то учить? Ну и что? Чему эта учит? Пф, ну что тут непонятного. Прежде чем делать – разузнай, нет ли рядом серых волков, возможно, что и в овечьей шкуре.

@темы: Мой бред

00:30 

Контракт

«А что подумал Кролик, никто не узнал, потому что он был очень воспитанным»
Ну и что дальше? Стоим, смотрим друг на друга, я чуть насмешливо, нагло и нетерпеливо, он – с недоумением и испугом. Похоже, до сих пор в шоке оттого, что у него получилось. А ведь как хорошо день начинался. Сидела себе в номере, с собачкой возилась, как нате – вызов. Да ладно бы демонолог какой слабенький был, тогда его можно было просто проигнорировать, но парень оказался на удивление сильным. Таким, что даже я – полукровка, не смогла сопротивляться, и меня просто вытянуло в начертанную на полу печать.
Пожалуй, на этом стоит немного отвлечься и кое-что пояснить. Мой папаша был демоном, но ничего полезного, кроме способности чувствовать тьму, мне от него не перепало. Зато минусов – до черта, целый список, начиная от черт характера и заканчивая данной дрянью. Меня, как и любого демона, можно призвать и связать контрактом, и буду я служить этому призывальщику до тех пор, пока этот контракт не выполню. Вроде бы ничего сложного, но при должном уме можно такого пожелать – до конца жизни не отбрехаешься... Правда, маг должен быть очень сильным, чтоб «достучаться» до моей демонической половинки, но этот оказался именно таким. Ладно хоть облик-то успела сменить, а не появилась в человеческом.
А еще он оказался очень молодым – лет семнадцать, не больше. Мальчишка. И вот теперь он стоит и глазами хлопает на результат своей ворожбы. Похоже, когда начинал ритуал, сам не верил, что что-то у него получится. Я не выдерживаю первой.
- Ну, чего молчишь? Или онемел от моего вида? – Насмешливо усмехнулась, показав при этом впечатляющий набор клыков, как у акулы, и махнула одним из хвостов перед глазами пацана, но не выходя за рамки круга, а то как шибанет. Тот вздрогнул, взгляд прояснился. .Он меня осмотрел и еле сдержался, чтоб не сделать шаг назад. Э, я что, так плохо выгляжу? Да ничего подобного! А если же кому-то не нравится, пусть этот кто-то скажет мне это в лицо.
Я же, в свою очередь, рассматривала парнишу. Худощавый, словно его голодом морили, мордашка симпатичная. Глаза, правда, подкачали – серые, невзрачные. Светло-русые волосы во все стороны торчат, как будто о расческе человек и не слышал ни разу. Одет в балахон какой-то, пыльный весь и грязный. Хотя, судя по тому, что печать оказалась нарисованной на полу чердака, удивляться этому не стоит. На этот чердак последние лет десять точно не заглядывали. Это видно по толстому слою пыли на завалах вещей. Ее нет только у окна, да у одного из сундуков, который юный маг использовал вместо письменного стола, ну и на месте печати, конечно.
Пацан, пока я занималась разглядыванием обстановки, пришел в себя и подал голос.
- Демон, сын преисподней и тьмы, что течет в твоих жилах. Я заклинаю тебя..
О Великие боги, пафоса-то сколько.. На один верблюд не утащит. На словах «служи мне до тех пор..» я совершенно непочтительным образом перебила мальчишку.
- Малой, ты совсем обнаглел? Перед тобой, вообще-то дама! – добавив в голос возмущения, махнула крыльями, демонстрируя тем самым недовольство.. Пацан реагировать не спешил, да я и не давала на это времени. - Так, давай быстренько ты говоришь чего тебе надо, мы это на бумаге фиксируем, подписываем, я выполняю, и мы расходимся.
Малец, до того гордо толкавший речь, наверняка взятую из какой-то древней книги по магии, возмущенно замолк. На его лице отразилась напряженная работа мысли, а потом там осталось одно лишь возмущение.
- Ты не получишь молю душу, демон..ица. – все же добавил он испуганно, что смазало весь эффект от его восклицания.
- Да нужна она мне как рыбе зонтик. – мне оставалось только фыркнуть в ответ. Это истинным демонам души нужны – в качестве слуг, строительного материала или пищи, но я-то полукровка!
Парень же от моего заявления снова завис, переваривая новость, на что мне оставалось только глаза закатить. Похоже, стоит с ним другой тон взять, каким обычно только с идиотами и начальством разговаривают, а то ведь окончательно добью и без того хрупкую психику.
Щелкнув хвостом у лица непростительно близко подошедшего к печати паренька, снова смогла привести его в чувство. И первым его вопросом было очень недоверчивое.
- Что же ты хочешь тогда?
- Плата стандартная – одно желание. Я выполняю твое задание сейчас, ты выполняешь одно мое желание в будущем. – и добавила тоном, не терпящим возражений, когда парень уже открыл было рот. – Любое.
Заткнулся он мгновенно, и снова выпал из реальности, напряженно о чем-то раздумывая. Наверное, о том какая странная демоница ему попалась. Но ведь надо же что-то сказать в ответ. Насчет стандартной платы, я, конечно, слукавила. Иногда я брала золото, иногда артефакты, иногда информацию. А иногда оставляя вот такие лазейки на будущее, ведь никогда не знаешь что куда занесет судьба и что может понадобиться в будущем слабой хрупкой девушке.
А мой заказчик, похоже, пришел к какому-то выводу, потому что лицо у него стало необычайно серьезным, вызывая у меня невольную улыбку. Потом же он выдал такое, что вся улыбка пропала разом.
- Мне нужна чешуя змеелюда.
Вот теперь пришла пора зависать мне. Вот это запросы у молодежи пошли.. Я смотрела на отчаянно трусившего пацана и не понимала – а зачем оно ему надо. И как от этого заказа отбрехаться, потому как я еще не до конца сошла с ума, чтоб связываться с этими тварями. Но только эта мелочь, как я уже говорила, оказался сильным магом. Очень сильным. И я отчетливо чувствовала как пульсирует силой печать, как невидимая «уздечка», вплетенная в узор на полу, обхватывает мою шею. Отказаться и попытаться вырваться я могу, но, если все получится, отходить буду очень долго и больно. Мысли в голове запрыгали как голодные блохи. С одной стороны - сильнейшая печать, с другой – целый город полузмей. В случае неудачи ощущения грозят просто очешуительные. .А в случае удачи.. Это ж какие перспективы открываются. Пока он не успел чего еще лишнего ляпнуть, я хлопнула в ладоши.
- Договорились. – В моих когтистых пальцах тут же появился заполненный бланк договора. Подавая пример человеку, я грызанула себе палец и, дождавшись, когда на чешуе выступит черная густая кровь, припечатала кровавым пятном внизу документа.
– Подписывай. Естественно, кровью. – и с этими словами я кинула свиток мальчишке.
Не знаю чего ожидал паренек, но вид у него был такой, как будто он явление всего пантеона в полном составе узрел. Но свиток поймал, что радует. Значит, не все еще потеряно. Как-то заторможено кивнув, он огляделся, похлопал себя по карманам, разыскивая чем можно себя ткнуть, и нашел-таки булавку. Прочитал внимательно текст и после этого повторил процедуру подписи. Я сразу же ощутила волну магии, пробежавшую по венам. Контракт принят.
- Ну бывай, пацан. Не скучай тут без меня… – подмигнув, махнула на прощанье ладонью и пропала, отправляясь «на дело».
* * *
Ирвин боялся. До дрожи в коленках. Постоянно оглядываясь на закрытую изнутри дверь чердака, и прислушиваясь к происходящему в доме, он ползал на тщательно вымытом полу и чертил на полу сложный рисунок-печать, необходимый для призыва демона. Вообще-то Ирвин, до недавних пор и не думал приобщаться к столь сложной и опасной стороне магии, как тьма в целом и демонология в частности. Учитель всегда твердил, что это очень опасно, но парень не видел для себя другого выхода. Сколько себя помнил, он мечтал быть военным, как его отец. Тот умудрился объехать весь материк, побывать на Диких островах, провести множество схваток и при этом вернуться домой не только не покалеченным, но и весьма состоятельным человеком. К сожалению или к счастью, еще в раннем детстве у Ирвина проявился магический дар, вот родители и отдали его к магу в обучение. Но парень-то мечтал мечом махать и вместе с верными воинами своего отряда поражать врагов, а не сидеть целыми днями над пыльными книгами. Старик Паркос практически не позволял вылезать из библиотеки, нагружая мозги бедного ученика кучей информации, практические занятия случались ну очень редко, так что Ирвину пришлось тренироваться в тайне от старого мага.
А неделю назад случилось нечто, что окончательно вывело из себя юношу. В город приехал отряд наемников, и ученику мага-отшельника не повезло с ними пересечься. Если описывать коротко и без лишних эмоций – младший Корвин просился к ним в отряд, но в ответ получил лишь смех. Капитан же отряда, явно решив поиздеваться над мальчишкой, заявил что они возьмут только лучшего. Вот сумеет парень достать себе экипировку из чешуи змеелюда, как у них, тогда докажет что достоин.
Целую неделю ученик мага не вылезал из библиотеки учителя, но ничего стоящего об этой расе не нашел. Упоминались они только в некоторых легендах как «твари, зело сильные и кровожадные. Бросаются они на противника своего и не остановятся, покуда не упадет он замертво. Не берет их ни магия, ни меч, а от яда их спастись невозможно». Стало понятно, что наемники его банально «развели», но идеи юноша не оставил. Теперь в его голове зрело нестерпимое желание утереть нос этим выскочкам, чтоб не смели над ним больше насмехаться.
На вызов демона парень решился далеко не сразу. Перед этим он пытался найти другое решение, но его попросту не было. Несколько дней, в тайне от учителя, готовился он к ритуалу. Когда же Паркос, по своему обыкновению, отправился в лес на несколько дней, он решился.
Начертив печать, маг щедро стал наполнять ее силой, произнося слова призыва. От напряжения начала потихоньку кружиться голова, но круг на полу, не смотря на грызшие сомнения, наливался энергией. И вот он замкнулся, превращаясь в клетку для того, кто окажется внутри. Гостя долго ждать не пришлось, практически сразу воздух внутри печати пошел рябью и превратился в демона. Вернее, в демоницу. Вполне себе человеческое тело было покрыто синей чешуей, лишенная волос голова венчалась короной рогов, шипов и игл, торчащих в стороны и обещающих тем, кто к ним прикоснется, море незабываемых ощущений. За спиной полураскрыты крылья, почему-то как у птицы – с перьями, длинные пальцы заканчивались даже на вид безупречно острыми загнутыми когтями, плечи и локти существа ощетинились лезвиями. Крепкие птичьи лапы когтями вонзились в пол, оставляя следы в крепком дереве. А желтые, без зрачков, глаза, смотрящие с холодной насмешкой и безразличной жестокостью, приводили в ужас.
Как он разговаривал с этим существом и как подписывал контракт, юноша практически не помнил, пребывая на грани обморока от страха и магического истощения. Лишь когда девушка исчезла и печать мигнула, переходя в «спящий режим», он позволил себе осесть на пол.
* * *
На что только не приходится идти ради такого нужного ресурса, как информация. Несколько дней я собирала все возможные сведения о шас’саари и об их правителе, который уже успел засветиться и в бою у стен Магистериума вместе со своими подданными, и так по Междуземью прогулялся. К сожалению, ничего утешительного найти не удалось. Оказалось, что чешую можно добыть только во время линьки, когда змеи от нее избавляются. Не знаю, сохраняются ли после этого ее свойства, но данный момент меня не волнует, про состояние шкурки в контракте ни слова не сказано. Как и про сроки выполнения, кстати, так что можно было заняться этим делом и через пару лет, но меня слишком уж захватила идея. Это было почти невыполнимо, а потому еще более захватывающе.
Вариант «содрать с живого» мною даже не рассматривался. Не смотря на весь свой опыт и способности, я сильно сомневаюсь, что смогу завалить эдакую зверушку. Излюбленное мое оружие – яды – на них, как оказалось, практически не действуют, а по физическим показателям они меня явно превосходят, так что просто пришибет меня змейка и все. Я даже к Ушастому ходила, но единственное, что вынесла из этой беседы – телепорт к окрестностям змеиной столицы. И то хлеб. Еще два дня ушло на подготовку экипировки и сборы. И все это время я мучилась составлением плана по добытию такого ценного ресурса, но так ничего придумать и не смогла. Идею мне подала увиденная мною совершенно случайно сценка в гостинице, где я снимала номер. Там один из посетителей через своих приятелей и расспросы обслуги пытался выяснить личность одного из сидящих за столиком мужчин. Не наемник ли он? А куда, направляется, случаем, не знаете? В голове мелькнула мысль, которая и помогла «размотать клубочек». Мысль бредовая, наглая, граничащая с сумасшествием. Но зачем искать обходные пути, когда есть прямая дорожка, верно?
Уже через час я стояла в одном из каменных переходов, отбрасывая прочь ненужный шнурок рассыпавшегося в пыль активационного камня. Итак, Ташор'Ассарах ждет мня.
* * *

Три дня. Три гребаных дня я моталась по городу, практически не отходя от моста к Чертогам их главного Лорда, выжидая пока эта чешуйчатая гадина соизволит выползти в город. Нет, в первый день я, конечно, попыталась самостоятельно проникнуть внутрь, но на подходе там меня ждал такой сюрприз, что охоту отбило напрочь. Стражи. Каменные стражи- шас’саари охраняли ворота. Осмотрев их, вначале я не нашла ничего особенного, статуи стоят себе и стоят, хотя я и ожидала какой-нибудь подлянки, но не думала, что она будет такого размера. По мере моего приближения к воротам, внутри них пробуждалась магия, слишком нетипичная для Либриума, чтоб это можно было просто так оставить. Понятно, что они охранники, но как их обезвредить, сходу было не понять. Магическим зрением я видела, как начинает загораться магия, пульсируя тремя светящимися точкам – в голове и две в груди. Что странно, никаких каналов силы, типичных для подобного рода магических инструментов, не было. А потом я вспомнила мельком оброненную Мастером пару фраз о том, какие стражи существовали в древние времена. От сознания того, что их я вижу воочию, аж мурашки по чешуе прошли. Восторг, замешанный на жгучем любопытстве и понимании того, насколько опасны эти каменные изваяния, заставили замереть на несколько минут… и с грохотом разрушили дальнейшие планы. Единственным приемлемым входом во дворец были именно ворота, с других сторон пробраться туда банально ландшафт не позволял. Так что оставалось лишь ждать.
Естественно, не в силах смирить свое любопытство, той же ночью я облазила часть города, стараясь не попадаться на глаза неспящим шаскам, и не натыкаться на магические сигналки. Благо, маскировка мне это позволяла. Наблюдать за этой весьма специфической и самобытной расой было интересно, но каждое утро я возвращалась на свой пост. Когда же в голову начала все чаще забредать мысль попробовать обойти магическую сеть на отвесной стене, при этом шансы на успешный исход были, скажем так, весьма невелики, а проникнуть незаметно – и вовсе равны нулю, мне повезло. Нужный мне змей выполз в город. Один. А ведь он даже не удивился, когда перед ним из воздуха неожиданно появился силуэт девушки и прозвучал вопрос.
- Можно Вас на пару слов?
Усмехнулся только, закидывая молниеносно выхваченный с'кешер за спину. Окинул меня оценивающим взглядом и кивнул.
- Можно.
* * *
Прошла почти неделя с того дня, как Ирвин вызвал демона. С тех пор от чешуйчатой девушки не было никаких вестей, но паренек не волновался отчего-то. Возможно, оттого, что вернувшийся учитель что-то заподозрил и насел на бедного юношу так, что тот мог думать только о том, как добраться до постели. Он даже контракт толком не смог перечитать. Впрочем, оно, наверное, и к лучшему, ведь даже такой неискушенный человек как Ирвин мог найти там несколько лазеек. А о хитрой демонице и говорить нечего было.
Вечером седьмого дня сидящий в библиотеке и пытающийся затолкнуть себе в голову хоть немного информации из толстенного талмуда парень неожиданно почувствовал зов. Вряд ли можно описать вызов контрактора, направленный через магические связи и кровь, но в тот момент парень даже об этом и не думал. Подскочив на кресле и с грохотом уронив на пол едва не отдавившую ему ногу книгу, замер. Шум, как показалось юному магу, разнесся по всему дому и он опасался учителя, что мог прибежать на это звуковое сопровождение. Но спустя несколько секунд было все так же тихо, никаких шагов и криков не было, и Ирвин слегка успокоился. А зов становился все сильнее, и парень рванул на чердак. Распахнув дверь, первое, что он увидел, это та самая демоница. Она стояла в активировавшемся круге печати и лениво помахивала хвостами.
- Сколько тебя можно ждать-то? Думаешь, мне больше делать нечего как торчать на пыльном чердаке? – поприветствовала она своего «призвавшего». Он же, то ли от неожиданности, то ли еще от чего, замер. Правда, осознание того, что все получилось, демоница заказ выполнила, а сама сейчас заперта и ничего больше сделать не сможет, да и мысль о том, как он утрет носы зарвавшимся мужикам, пройдясь по городу со шкуркой змеелюда на плечах, придала ему смелости. Но вот только никакой чешуи в руках девушки не было. Подозрительно нахмурившись, мальчишка недовольно воскликнул.
- А где чешуя? Обмануть меня решила, да?
Но вместе с этими словами где-то сбоку послышался странный шорох, а на губах девушки появилась довольная улыбка, что напугало мальчишку до мурашек, напоминая с КЕМ он связался по собственной глупости.

- А вот. – я кивнула в бок, откуда с тихим шорохом чешуи по полу выполз змеелюд. Вполне реальный здоровый такой шаск. У мальчишки же, как я и ожидала, приключилась такая вещь, которая называется ступор. Он замер, переводя взгляд с меня на стоящего рядом с печатью змея.
- Ааа..
- А о том, что шкурку предоставлять надо отдельно от всего остального условия не было. – оскалилась я, уже зная что пацан хочет сказать. – Так что с моей стороны контракт выполнен.
Всплеск магии подтвердил правдивость моих слов. Парнишика тоже его почувствовал и, кажется, это стало для него последней каплей. Приоткрытый в попытке что-то произнести рот захлопнулся, глазки закрылись и он плавно съехал в обморок. Змей еле успел подхватить горе-мага.
- Посмотри до чего довела ребенка. – посмеиваясь, покачал он головой и поднял на руки тушку человека. Ой, да ладно, а то я не вижу, что самого чешуйчатого вся эта ситуация забавляет не меньше.
- Я не люблю когда мне прерывают ванные процедуры. – мило улыбнувшись на прощанье, прежде чем перенестись в свой номер, я видела каким взглядом смотрел шас'саари на бессознательную тушку у себя на руках и поняла, что не хотела бы оказаться на месте мальчишки.

@темы: Мой бред

00:43 

Прайд.

«А что подумал Кролик, никто не узнал, потому что он был очень воспитанным»
Быстрее, быстрее, быстрее... Ну кто ж так бьет, крокодилы косорукие? Целиться надо, тогда и не падали бы карнизы в жилых районах прохожим на головы.
Отпрыгивая в сторону и цепляясь за следующий карниз, я мысленно подбадривала охотников, что не мешало мне в спешном темпе драпать от них, аки бешеный кенгуру.
Лапы сами находили опоры на стенах, хвост им в этом успешно помогал, а мне оставалось лишь определять оптимальный маршрут побега. Впрочем, не смотря на весь снайперский талан преследующих меня магов, пару раз в меня почти попали, так что скорость пришлось увеличить. Мчалась я к Храму Создателя, где, как известно, любые разборки с применением грубой силы были под запретом, а те кто его нарушил… Им оставалось только посочувствовать. Создатель любит изящные решения.
Через минут пять такой гонки, где под дорогой понималась любая поверхность, акромя воздуха, да и то местами, впереди показался купол Храма. Само здание не было вычурным и не светилось богатством, как многие на Храмовой площади, - покровитель путников и предводитель обманщиков был весьма непривередлив в запросах, - но не выделяться оно не могло. Яркое, покрашенное во все цвета радуги, оно первым привлекало взгляд не только своим внешним видом, но и странной атмосферой, окружающей его. Спокойствия, уверенности и сумасшествием и весельем одновременно.
Свернув к площади, я припустила еще быстрее, а маги, поняв, наконец, куда я направляюсь, удвоили усилия по моей поимке. Заклинания стали лететь чащи, и что надо отметить отдельно – куда точнее. Какой-то умник в меня почти попал, разрезав рюкзак. Перехватив свою драгоценную ношу в тут же предоставленную пару дополнительных конечностей, я спрыгнула на мостовую. Какой-то жалкий десяток метров.. Быстрее.. Вот уже можно различить крохотный точки на выбитом над дверью символе Создателя – полумаске без лица. И как только мастеру удалось отобразить выражение мягкого безумия в прорезях для глаз?
Ох ты ж.. Прыжок в сторону и вверх, я едва не сбивая не успевшего шарахнуться в сторону прохожего, уворачиваясь от парализующей чары.. Ииии.. Есть!
Я влетаю внутрь Храма, даже не подумав закрыть за собой дверь, и останавливаюсь на пару секунд, дабы перевести дух. С бесшабашной улыбкой поворачиваюсь к уже сбросившим скорость преследователем и мило улыбаюсь, помахав рукой.
- Спасибо, мальчики, славно поиграли. Я обязательно загляну еще раз.
Мальчиков перекашивает. Ну да, конечно, артефакт упустили, меня не поймали, позволив прошмыгнуть сюда, теперь их по головке за такое точно не погладят. Ведь они могли меня только силой взять, спеленать заклятьями, а в этих стенках такое карается жестко. Не смертью, нет, что Вы. Но.. У Создателя богатая фантазия.
Правда, он вполне может сам меня сдать этим умникам, только ради того, чтоб посмотреть как я буду выкручиваться. И вот эта мысль мне совсем не понравилась – Крис обидится за долгую задержку! У меня заказ, между прочим! Развернувшись к уже входящему в Храм отряду спиной, я, преисполненная уверенностью в себе, прошествовала мимо статуи мальчишки в костюме шута с лирой в одной руке и паутиной в другой, к неприметной двери, дабы не дать отряду опомниться. Драться-то тут нельзя, но ведь есть и другие способы.
Дверь была совершенно обычная, деревянная, без всяких узоров, с такой же деревянной ручкой. Взявшись за нее, потянула дверь на себя и сделала шаг вперед.

Коридор. Поистине, самое странное и невозможное место, какое я когда-либо встречала. Здесь нет пола, нет потолка и стен, только закручивающиеся потоки звездных систем и туманностей, подмигивающих светящимися точками на фоне космической пустоты. И двери. Бесконечное количество дверей, уходящих во все стороны. Они стоят рядами слева и справа, разбросаны сверху и снизу, так что, шагая, можно запросто провалиться в одну из этих дверей. Правда, понятия «верх», «низ», «лево» и «право» тут весьма относительны. Попавший сюда впервые вряд ли найдет дорогу назад без посторонней помощи, коей выступает сам Создатель. Но стоит только понять принцип – и Коридор становится бесценным. Потому что отсюда можно попасть в любое место Абсолютно любое. Во множество миров проложил свой путь бог-шут, и сюда открывалась любая дверь из этого множества. За некоторыми скрывались входы и выходы в храмы, такие же, через какой вошла я, открыв другую можно было попасть в чулан бакалейного магазина. Или – в сокровищницу короля из соседнего мира. Заблудиться тут было легко, системы расположения здесь не было, но был маленький секрет, который превращал поиск дверей в дело трех секунд. Нужно было просто знать что ты ищешь и очень хотеть туда попасть. Вот и все. Четкое, оформленное желание, подкрепленное просьбой – и нужная дверь сама возникает рядом. Вот и сейчас, стоило мне представить место, где меня ждут, и подкрепить сильнейшим желанием туда попасть, как я чуть не врезалась в обитую обшарпанным дермантином дверью. Хмыкнув и мысленно поблагодарив хозяина сего места, я потянула вниз металлическую ручку.


Многоэтажка со времени моего последнего прихода ничуть не изменилась. Все тот же легкий шум, издаваемый ее обитателями, странный, сбивающий с толку запах, в котором смешалось человеческое и кошачье, и ощущение, словно оказался в сильно разреженной атмосфере. В этом мире магический фон был сильно понижен. Ничего, минут через пять приспособлюсь.
На этот раз дверь открылась не в квартиру, а из нее, на лестницу. Ага, пятый этаж, совсем не далеко от нужной мне комнаты. Кивнув своим мыслям, я начала подниматься по лестнице, и в этот момент дверь квартиры, из которой я вышла, распахнулась, выпуская бледного светловолосого котенка. Вслед ему пронеслось.
- И не смей больше так делать, иначе Алонсо отдам, пусть он тебя учит!
О, это жестко.. К этому мастеру боя я бы пошла на обучение под страхом собственной смерти, не меньше, потому как он сам может до этой смерти довести своими тренировками.
Он вздрогнул и спешно захлопнул дверь, собираясь бежать, как и я, наверх. Но замер, увидев нежданную гостью, они ведь тут все знают друг друга. Прайд, как-никак.
- А Вы кто? – через несколько секунд спросил он, рассматривая меня.
- А тебе не говорили, что с незнакомыми существами разговаривать опасно? – хмыкнула, в свою очередь рассматривая детеныша. Надо же, как он похож на человека. Светлые волосы, милая мордашка, голубые глазищи на пол-лица. Даже зрачки обычные, человеческие, что редкость для его собратьев в таком возрасте, обычно контролировать ипостаси они начинают только лет в семнадцать, а этому, похоже, всего десять.
- Вы пришли без дурных намерений. – пожал плечами мальчишка, заставляя только вздохнуть. Да уж, намерения окружающих они чувствуют удивительно точно.
- Я пришла к Крис. Знаешь, где она?
- в кабинете, наверное. Пойдемте, посмотрим. – все еще продолжая разглядывать меня, не скрывая своего любопытства, ребенок прошел мимо, поднимаясь на несколько этажей вверх и показывая дорогу. Ее я и так знала, но не обижать же малыша. Мы шли, не обращая внимания на любопытство выглядывающих из своих комнат-квартир представителей кошачьего племени. Любопытные – жуть, особенно котята. Провожаемые взглядами мы, никем не остановленные, добрались до восьмого этажа, где, на лестничной клетке, стояли и ругались уже знакомые мне коты. Двое парней, совершенно не похожих друг на друга, вдохновенно орали, выясняя правоту. Причем в весьма изысканных выражениях – ни слова мата, никогда. За то и люблю.
- Да ты не кошак, а финансовый крокодил! Я сказал – пять процентов! Тебе и этого много будет!
- Чтоооо?! Да я на картинках больше заработаю! Я тебе что, кроль-гастарбайтер, что ли, за такую мелочь корячится? – взвился второй, брюнет, отвечая ярко-белому блондину. – Да я..
Я бы с удовольствием послушала на сколько сможет он развести старшего, но эта парочка загораживала нужную дверь, так что пришлось их отвлечь.
- Ребят, да что вы орете как будто вам хвосты прищемили? Тут народ кругом не оглох еще от ваших выступлений? - оторвав их от спора, от которого кайфовали они оба, я подошла ближе.
- О, привет. – тут же одарила меня улыбками эта парочка. – А Крис тебя уже ждет.
- Она там, - махнул брюнет на соседнюю дверь, с цифрой 13. Кажется. Ее специально перевесили сюда, так как это число приносило Крис удачу.
Кивнув, я задержалась.
- О чем торгуетесь, братцы-неко? – мне было очень уж интересно узнать, потому как даже мне, с моим опытом торговли, у этого, как выразился только что блондин, финансового крокодила, еще учиться было и учиться. У парня просто феноменальное чутье на деньги. Где, как что и почем купить или продать – именно благодаря его идеям финансовое благополучие прайда в последние несколько лет успешно пошло в гору.
- Потом расскажем, ты иди, иди, не отвлекайся. – отмахнулся блондин и повернулся к оппоненту. Действительно, отвлекаться не следовало, сначала – дело. Войдя в квартиру я даже не заметила, как сопровождавший меня котенок мырнул следом.

- Привет. – встретила меня кареглазая брюнтка. Длинные волнистые волосы, темно-шоколадные глаза, смуглая кожа.. Патра прайда Кровавого следа походила на мулатку, но родом была, как ни странно, из холодных северных краев, о крайней мере в этой жизни.
-Здравствуй. – кивнув в ответ, я свободно расположилась в кресле, скинув рюкзак и зарываясь в него. Через пару секунд поиска на свет был извлечен плотный сверток.
- Так, значит, ты смогла.. – с облегчением выдохнула девушка, смотря на мою ношу, на что получила усмешку.
- Конечно, или ты во мне сомневалась? – кинув замотанный предмет кошке, я откинулась на спинку кресла.
Реакция брюнетки была молниеносной – артефакт был пойман прежде, чем нормальный человек мог бы уследить. Чего у кошачьего племени не отнять, так это ловкости и скорости, и неважно кто это – пантера, тигр или обычный домашний барсик.
- Естественно.- усмехнулась она в ответ, принимая мою подначку. Честности у нее тоже не отнять, именно поэтому этот Прайд был одним из постоянных клиентов. Крис никогда не врала мне и не скрывал факты, необходимые в работе. – Эта вещь слишком важна, чтоб я могла поручить тебе это и забыть.
- Я не спорю. Меня больше интересует как эта штука попала в другой мир. Или это ваша Лунная богиня так перестраховаться решила?
На это вопрос пантера ответила загадочной улыбкой.
- Ты же знаешь, что я тебе не скажу. По крайней мере пока мы е активируем артефакт.
- Ага, когда он уже станет бесполезен.- хмыкнула, потягиваясь.
- Ну да. Если пробудить спящие гены оборотней сейчас, то потом их уже не усыпишь. – на губах кошки появилась ехидно-насмешливая улыбка. – Я представляю лица всех этих разжиревших боровов из комитета по надзору за оборотнями, когда окажется что их глава тоже из наших. – мурлыкнув, она развязала веревку, которой я перетянула сверток, и пред нашими глазами предстал один из сильнейших артефактов.
Когда-то давно оборотни спокойно жили в этом мире, но после некоторого события, скорее всего – глобальной войны, они были практически истреблены. Оставшиеся в живых затаились на несколько веков, но десять лет назад о эра сокрытия была закончена. Появилась группа фанатиков, не согласных с таким положением, и они открыто заявили о себе. Было несколько акций, выступления, которые не удалось замять. Как мне думается, их подготовили и спровоцировали, но доказательств у меня нет. Оборотни были вынуждены «выйти из тени». Но люди не пожелали терпеть рядом с собой таких существ и едва ли не повторились времена инквизиции. Правительствам кое-как удалось успокоить население, но в верхах настроения не изменились, а оборотней было слишком мало, чтоб серьезно повлиять на ситуацию, да еще в условиях той социальной изоляции, в которой они оказались. Внедрить своих во власть не получилось. Но теперь была возможность превратить некоторых в этих самых своих. Вернее, не превратить, а пробудить в людях спящие гены оборотней. Пока только на этом материке, больше сил у прайда не хватит, но и этого им будет достаточно.
И вот штука, способная на это, лежала сейчас в ладонях патры. Никогда бы не подумала, что артефакт может быть похож на это. Если описывать эту штуку коротко – комок засохшей глины. Мятый, как будто из него пытались что-то слепить, а потом бросили. А глина так и засохла, превратившись в грязно-коричневый камень.
- Так что представляешь каково мне было. Если бы она не лежала в музее – черта с два бы я ее нашла.
- Да. Потому я и позвала тебя. Никто другой не смог бы. – пожала плечами девушка, и я чувствовала, что она не льстит. А действительно так считает. Приятно осознавать, что меня так ценят.
- И теперь вот это пробудит спящих оборотней? Учитывая вашу бывшую численность… Куда пополнение принимать-то будешь? - снова улыбка. А что, дело сделала, награду сейчас получу. Себе помогла и народ порадовала, посему бы и не быть хорошему настроению-то?
Крис считала так же, я видела в ее глазах неподдельную радость.
- ничего, было бы кого принимать, а куда – вопрос второстепенный.
В дверь постучали и заглянула лохматая макушка.
- Мне долго еще ждать? Вы меня, конечно, простите, но у меня лекция через полчаса начнется, а если опоздаю – Брониславовна меня пришибет.
Это незабвенный «министр финансов», несколько минут назад ругавшийся с блондином, решил напомнить о себе.
- Да, да, иду уже. – поднялась я с кресла, собираясь получить свое кровью и потом заработанное.
Парень сунулся обратно, а я поднялась, закидывая рюкзак обратно за спину.
- Ну, до встречи, патра. – хмыкнув, я потянула ручку вниз.
Но не успела перешагнуть порог.
- Неужели нам может помочь ЭТО? – вопрос, заданный детским голосом, застал врасплох нас обоих. Высовываясь из-за книжного шкафа, стоял тот самый блондинистый котенок, что провожал меня. Далеко пойдет мальчик.
Переводя взгляд то с грязного комка то ли земли, то ли камня в руках своей предводительница, то на не саму, то на меня, он с недоумением ждал ответа.
На моих губах появилась мягкая улыбка.
- В некоторых случаях правильность формы несущественна. Главное – правильность содержимого.


Дверь за гостьей закрылась, оставляя кошек одних.


Судьба порой принимает странные формы и обличья. Иногда мы видим ее, смотря на человека, что-то резко изменившего в нашей жизни. Иногда мы замечаем ее проказы, когда случайно брошенная фраза помогает найти выход из, казалось бы, безвыходной ситуации. Иногда – мы ждем ее, а потом с благоговением держим в руках подарок в виде необходимой нам вещи… А иногда мы не ждем и не видим, но танцуем под предлагаемую ей мелодию, балансируя на тонкой паутинке.
Вспоминая этот момент, Кристиана будет много раз ломать голову – что же изменило судьбу ее народа? Артефакт, таки исполнивший свое предназначение? Или брошенная вскользь фраза наемницы, подтолкнувшая маленького мальчика к невероятной, по сути, идее. Правильность формы несущественна, верно? Так зачем придерживаться ее? И потому..
Уже через пять лет клан разрастется за счет примкнувших к нему кошек из их родного города. Та же участь постигнет и другие кланы – волчьи, змеиные, птичьи, медвежьи.. Все. Но только к бывшему маленькому котенку, создавшему свою школу понимания и развития магии на основе той самой фразы, будут присылать учеников из десятков миров. Не будь его, Кровавый След так и развивался бы привычной дорогой. Это был даже не прорыв – это был скачок на следующий виток эволюции. И кто знает, произошел бы он, если б наемница не встретила этого мальчишку, если бы вышла на другом этаже, если бы котенок не успел проскользнуть в дверь.. Десятки всевозможных «если» сплелись в нужную последовательность событий. У Судьбы нет лица и нет голоса, у нее нет тела и пола, но есть те, кто несут в себе ее послания. Она многолика, она может заглянуть тебе в лицо глазами любого существа, главное – не упустить момент и заглянуть ей в глаза в ответ. Она не любит серых личностей, и с гораздо большим интересом заботиться о тех, кто выбивается за рамки. Или, может быть, не она, а он? Уж очень похожи ее повадки на характер одного существа. Не зря же он держит в руках паутину. Ведь судьбу тоже можно сплести.


@темы: Мой бред

00:50 

С возвращением.

«А что подумал Кролик, никто не узнал, потому что он был очень воспитанным»
Либриум. Где-то в Северных лесах.
Щенок, на глазах превратившийся в здоровую зверюгу, рванул волчице с явным намерением порвать ее на много-много маленьких оборотниц. А вот парочка магов полностью сосредоточилась на девушке. Взмах – и в нее летят светящиеся Черепа, клацая челюстями и беззвучно завывая, но девчонка не ждет и в долю секунды отвечает своим ударом.
Ссссшшшааххх.. С тихим шипением плавятся магические конструкции в черном тумане проклятья. Или это мое воображение само рисует подходящий звук? Не знаю. Я смотрю вниз, наблюдая. Малефик в прямом бою – зрелище редкое, чтоб я могла уйти просто так. Плавно сменив позу я вдруг с возрастающим недоумением увидела, что брюнетка-то убегает. Быстро бежит, словно от этого зависит ее жизнь, и рыбкой ныряет под прикрытие деревьев. Но ведь не похоже, чтоб …Чтооо???
Я, позабыв про возможную опасность, сунулась вперед, глядя на ЭТО. Крыса. Огромная, больше лошади, со змеиным хвостом и такими клыками, что любой демон позавидует. И я ведь едва успела все это разглядеть, потому как зверушка метнулась к магам так быстро, что едва ли не размазалась в воздухе. Первого химеролога буквально раскатало по земле тяжелой тушкой, второй атакует, но заклятье даже не долетает до зверя. Но почему? Я судорожно пытаюсь вспомнить встречалось ли мне описание хоть чего-то похожего и понимаю – не встречалось. Я еще могу понять превращение в обычную крысу, но не в этого же мутанта. Истинных метаморфов в Либриуме нет, а принять облик больше и тяжелее собственной тушки невозможно. Значит, человеческое тело – второстепенно. Но таких рас в этом мире не существует!
Внизу картинка по степени расстановки сил не слишком поменялось – зверушка уже практически добралась до горла второго мага, двигаясь слишком быстро для такого большого животного, а я, наконец, догадываюсь посмотреть на творящееся внизу действо магически зрением – и едва ловлю падающую челюсть. Оно жрет магию! Все магические потоки всасывались в тушку крысы словно в воронку смерча, попросту пропадая в ней.
Победа предсказуемо осталась за крысой.
Ну ничего себе малефики пошли.. Но как все-таки интересно!
* * *
Мимо такого случая я пройти не могла и по возвращении сразу напрягла своих ребят, выдав им описание крыски, а сама на следующий день вернулась в Либриум и направила свои стопы в Центральную Сангрийскую библиотеку. А где еще можно найти информацию о всяких редкостях? Не по секретным архивам же мне шастать.. Впрочем, если нужно будет, то и по ним пройдусь.
Библиотека встретила меня обволакивающей, пропитанной книжной пылью тишиной, и приглушенным приятным для глаз светом. Оглядевшись, я прямиком направилась к библиотекарше, восседающей за своим столом как королева на троне.
- Добрый день. – Вежливо поздоровавшись и понизив голос почти до шепота, выдала ей свой запрос. – Не могли бы Вы мне помочь с поиском? Мне нужны книги с перечислением рас, живущих или живших в Либриуме.
Последнее я решила на всякий случай добавить. А то всего год назад весь мир считал, что серпернтеры вымерли, что не мешает им сейчас торговать, ввязываться в войны и рассылать посольства по материкам. Вдруг и этот мутант к той же категории условно вымерших относится?
Средних лет женщина, заведующая сегодня книжным царством, окинула меня слегка недоуменным взглядом, но вопросов задавать не стала.
- Конечно. Пойдемте, я провожу Вас в читальный зал.
Буквально через пять минут я уже сидела за столиком в гордом одиночестве с каталогом под рукой. Проведя ладонью над раскрытыми страницами каталога, произнесла.
- Исчезнувшие расы Либриума.
Мягкая магическая вспышка – и на столе передо мной появляется с десяток книг. Что ж, копаться в бумажках я не слишком люблю, но раз надо. .. Вздохнув и устроившись поудобнее, я взяла первую книгу в руки и раскрыла страницы...
* * *
Я начинаю считать себя последней идиоткой. Или сумасшедшей, которой неведома зверушка только привиделась. Целую неделю я моталась в библиотеку как на работу, приходя к открытию и уходя перед тем, как работники уходили домой. И не нашла НИЧЕГО! Десятки запросов, сотни книг и ни одного упоминания крыс-переростков. С раздражением оттолкнув последний фолиант, резко встала. Все, хватит на сегодня, иначе от избытка ненужной информации у меня просто закипят мозги.
Но Госпожа удача, видимо, решила наградить меня за свои труды, ибо уже практически выйдя из читального зала я уловила одну необычную фразу. И замерла, вслушиваясь..
- Смотри, тут же написано – полуразумны. Так что неудивительно, что они могут ответить ударом на удар. Так даже обычные животные делают.
- Да, вот только сколько полуразумных существ ты можешь назвать, которые запросто из добычи эльфов превращаются в охотников на них?
- Запросто? Да враки. На Шириит же от силы пятерка кораблей плавала – магия-то там не работает..
Вот оно! Расплывшись в улыбке я молнией метнулась обратно к столу. Ну почему, почему мне в голову не пришло, что сие существо может считаться животным, а не расой?! Вот что значит узколобость мышления… Благодарю тебя, Отец-Паук, а то ведь так и мучилась с этими расами, идиотка.
Новый запрос, новые книги… Под вечер я выходила из библиотеки с ощущением победы. Теперь я знаю кого мне искать. Надо же, новая раса. Почему они скрываются? Почему не заявят о себе? Не хотят? Или не могут? В голове роились тысячи вопросов, но внутри уже пел знакомый мне охотничий азарт, говорящий о том, что ответы я найду. Сколько бы сил и времени мне не пришлось затратить.
* * *
- Миледи Ришима! Миледи Ришима!
Не прекращая напевать себе под нос, я остановилась и дождалась, пока окликающий меня парень не поравняется со мной.
- Что такое, Малакааш?
Брюнет остановился, пытаясь отдышаться. Хах, это ж сколько он меня догнать пытался? Да и не в стиле моего архивариуса носиться по коридорам замка как наскипидаренному тушканчику.
- Простите, если я не вовремя.. Просто Вы просили, если найдется что-то о тех крысах, сразу информировать Вас..
Он распрямился, поправляя растрепавшиеся волосы, дабы выглядеть представительно, и протянул мне стопку бумаг в ответ на заинтересованный взгляд.
- Я нашел кое-что. Несколько упоминаний в старых хрониках. Не знаю то ли это, что Вам нужно, но…
- Ну, хватит тебе строить из себя стеснительного мальчика.
Хмыкнув, я окинула насмешливым взглядом и в самом деле выглядевшего смущенным парня и взяла бумаги у него из рук. Интересно, что же он там такого накопал?
Демоненок же усмехнулся как-то цинично и жестко, выдав.
- Не стоит выбиваться из образа. Мало ли куда меня может занести дорога познания. А старые хранители наглецов не любят.
Это точно.
* * *
« Но не суждено было Аль-Саруду одержать победу в этой битве, ибо коварны и хитры все демоны без исключения, а не только он один. Когда его армии оставалось лишь добить оставшихся воинов Сармарррааа, позади рядов инфери и ревущих от нетерпения Низших раздался ввинчивающийся в уши писк. И появились крысы. Около полусотни гигантских, не менее пяти метров в холке, животных сплошной серой рекой хлынули вперед..
В первое мгновение бойцы нападавших замерли, не замечая как выжившие противники откатываются назад. Это мгновение и оказалось решающим. У Аль-Саруда не осталось шансов.
Первыми пали инфери, личи и другие порождения некромантии. Крысы их даже не замечали, раскидывая собственными телами и ворвавшись в строй живых. А не-мертвые так и не встали, рухнув при приближении странных животных.
Очнувшиеся маги ударили по новой угрозе всем возможным арсеналом, но заклятья не достигали цели, распадаясь в воздухе. Далеко не сразу они поняли бесполезность своих попыток , ибо мысль о том, что всемогущая магия не действует, не могла уложиться в голове армии магических существ. А крысы не теряли времени, не обращая внимания на эти попытки. Впавшие в боевой раж животные убивали всех, кто попадался им на пути. Сломанные ударами хвостов тела, перекусанные или отравленные ядовитыми клыками, сбитые и растоптанные…
Как только в рядах бойцов наступает растерянность и паника – они превращаются в кучку не способных дать отпор животных. Диких, перепуганных, метущихся..
Из армии Аль-Саруда от стен Техре живым не ушел никто. Сам Аль-Саруд был принесен в жертву Кали на празднике, посвященному победе.
А среди телохранителей Сармарраа, Владетеля одного из крупнейших доменов Инферно появились новые – всегда собранные и спокойные юноши и девушки, в моменты опасности превращающиеся в гигантских крыс, пожирающих магию. И имя им было – ксари».
* * *
Инферно. Резиденция Дома Скользящих. Пять недель спустя.
Я это сделала. Нет, не так – Я ЭТО СДЕЛАЛА! Хотелось оскалиться и зарычать, выплескивая переполняющее меня удовольствие и гордость от проделанной работы. Что я и сделала, напугав притаившегося за дверью скампа. Еще раз придирчиво осмотрела ритуальную печать и довольно вздохнула – все идеально.
Да уж, скольких трудов мне стоило найти описание этого ритуала – на трезвую голову не рассказать, просто нервов не хватит. Я –то думала, что нахождение небольшой порции знаний о необычной крыске принесет лишь удовлетворение моего любопытства, но когда мой «хранитель книг» принес упоминание о ксари… Я была просто в шоке. Да еще мой папаша, чтоб ему поцелуй Невесты получить, мне с братцем о них страшные сказки рассказывал! Пожалуй, такой активной деятельности с моей стороны мои соклановцы не наблюдали со времен холодной войны с соседом, который не мог примириться с нашим появлением. Почти месяц я не появлялась дома, мотаясь по архивам Глав наиболее древних Домов, рискуя однажды просто не вернуться назад – их Хранилища защищены оочень хорошо. Но я нашла почти все, что меня интересовало.
Оказалось все не слишком сложно и практически банально для находящегося в вечном состоянии войны Инферно. Две с половиной тысячи лет назад Глава Дома Тени – Сармаррраа влез в локальную стычку с Главой другого Дома. Кто там полез первый – покрыто мраком истории, но для меня это интересно не было. Важен другой факт – Сармаррраа вывел вид новых бойцов, скрестив как минимум три расы, в список которых входили демоны и оборотни, получив этих самых разумных крысюков. Когда дело дошло до прямого столкновения – в решающий момент выпустил их на поле боя и эти милые зверушки раскатали чужую армию под чистую. Еще через тысячу лет он снова влез в заварушку, но на этот раз противник оказался ему не по зубам. Демон погиб, Дом перешел победителю, а ксари – исчезли. Разрушилась привязка к хозяину, и они то ли не захотели больше горбатиться на дядю, то ли получили магический откат, но факт остается фактом – ни одного представителя этой расы в Инферно больше не осталось.
Зато практически в то же время в одном из миров появились несколько сотен гигантских крыс, занявших целый остров. Думаю, как называется тот мир, понять совсем не сложно..
Пройти мимо такого шанса я просто не имею права, и потому – снова вылазки по Хранилищам, на этот раз в поисках ритуала «привзяки». Как выяснилось – без хозяина ксари теряют большинство магических способностей, оставаясь в первичном облике. Не удивительно, что сейчас их считают полуразумными тварями. Трижды меня чуть не прибило, сколько раз я едва успевала унести хвост из опасного места и вовсе не пересчитать. Но я его нашла и сейчас передо мной расходилась причудливыми волнами печать, только и ждущая первых капель крови и слов клятвы.
* * *
Либриум. Один из небольших городков на границе. Тем же вечером, час спустя.
Кассандра никогда не думала, что будет участвовать в настоящей, глобальной войне. Локальных стычек в Либриуме всегда было много – разумные просто не могут не воевать. Причина будет всегда – от нанесенного оскорбления до украденной соседом курицы, потому в услугах услуги некроманта не перестанут нуждаться никогда: люди и нелюди умирают и будут умирать. Но чтоб так, на передовой, превращаясь в проводник чистой энергии смерти, пропуская ее через себя, вновь и вновь поднимая павших воинов, дабы они несли смерти врагам… Не думала. Но никогда бы брюнетка не сказала, что ей это не нравится – ощущение почти всемогущества. Когда сила буквально распирает, едва не разрывая на куски..
Кэсс сделала глоток из кружки и тряхнула головой, отгоняя воспоминания. Так и подсесть на это ощущение недолго, и будут ее потом всем миром ловить, чтоб обезопасить окружающих. Свихнувшийся мастер некромантии – это вам не мург чихнул.
Накинув куртку, брюнетка вышла из таверны на улицу, чтоб проветрить голову. Она слишком разумна, чтоб подвергать жизнь такой опасности. Даже ради короткого мига становления практически богом.
Тихие шаги на пустынной улице и чужой, чуждый городским улицам запах заставил очнуться от раздумий и остановиться посреди дороги.
Никого.
- Не стоит нападать.
Незнакомая блондинка появилась метрах в пяти впереди, буквально соткавшись из воздуха. Но – медленно и осторожно, словно не желала спровоцировать собеседницу .
- Ну, раз Вы не напали, имея такую возможность, значит от меня нужно что-то другое. Я внимательно слушаю.
Мышь окинула незнакомку холодным взглядом, в котором едва-едва угадывалось любопытство. Откат от «передозировки» некроэнергии будет отражаться, похоже, в «отключении» эмоций еще какое-то время после окончания боевых действий. И это прекратиться явно не сегодня.
Да и наверняка девица – просто новый заказчик, так что удивляться просто нечему.
- Приятно разговаривать с понимающим собеседником.
Блондинка, уже не опасаясь, подошла ближе, заставляя Кассандру насторожиться и окончательно скинуть полусозерцательное состояние – от нее веяло слишком большой силой. Темной, присущей только порождениям Инферно, уж кому как не ей это можно почувствовать.
- У меня к Вам есть интересное предложение.
Блондинка вынула из-за пазухи папку с документами и передала ее магичке. А, дождавшись пока та закончить чтение( наблюдать за сменой эмоций на обычно практически бесстрастном лице было для демоницы сплошным удовольствием), выдала такое, что Ниро замерла, буквально «зависнув» и переваривая информацию, не замечая ничего вокруг. Поразительная беспечность.
А потом некромантка расплылась в предвкушающей и как никогда искренне радостной улыбке.
- От такого предложения просто невозможно отказаться.
Потому как незнакомка произнесла всего одну, но совершенно неожиданную фразу.
- Как Вы смотрите на то, чтоб Ваша любимая семья получила возможность бегать на двух лапках?
* * *
О. Шириит. Восемь часов спустя.

Маленький крысенок бежал домой, неся новости о том, что к у стада бизонов пополнение и можно будет славно поохотиться, что было редкостью. Популяция диких животных сокращалась – «коренных» жителей было слишком много. Они старались следить как за собственной демографической ситуацией, так и за окружающей их неразумной добычей. Но молодняк есть хочет - и с этим ничего не поделаешь.
Но добежать ребенок не успел – его скрутил приступ дикой боли. Он рухнул на траву, воя и пища, чувствуя как ломается тело и рвутся мышцы. Такой боли молодой грызун не чувствовал никогда в жизни, так что не удивительно, что малыш просто потерял сознание. И уже не видел, что собственное тело кардинально изменилось. На месте крысеныша лежал человеческий ребенок.
То же самое сегодня произошло со всеми крысами, что восемьсот лет назад нашли убежище на этом острове.
Пробудилась демоническая кровь, внося изменения не только в жизнь племени бывших «полуразумных животных», но и в жизнь всего Либриума на пару с Инферно. Но об этом знали пока только двое – отдыхающая на полу ритуальной залы брюнетка по кличке Мышь и проводившая ритуал блондинка-демоница, с предвкушающей перемены улыбкой смотрящая на медленно гаснущую магическую печать.
- С возвращением, ксари.
Блики сотни свечей отразились от хрустального ободка бокала, когда блондинка подняла его и пригубила вино, произнеся тихим голосом свой тост. А с пола ей вторил другой, более глубокий и счастливый.
- С возвращением.




@темы: Мой бред, Мир Либриума

00:06 

Стань моим лекарством.

«А что подумал Кролик, никто не узнал, потому что он был очень воспитанным»
- Тсссс.
Я приложил палец к его губам, заставляя замолчать.
- Давай сегодня просто забудем обо всем. Завтра с утра начнем, как и раньше, изводить друг друга, выводить из себя и плеваться ядом…
- А сегодня?
Он усмехается, в глубине наглых глаз пряча боль.
-А сегодня я буду твоим лекарством.
И, не давая сказать ни слова, притягиваю к себе и целую. Нежно и ласково, так несвойственно мне. Или той части меня, которую видят остальные? Он замирает в моих объятьях, изумленный этой нежностью, а я не обращаю внимания, не выпуская из плена его губы. Секунда его замешательства кажется такой долгой. Но мысли о том, что он сейчас оттолкнет и скажет что-то язвительное, не возникает. Сейчас мы слишком серьезны. Слишком открыты. Слишком слабы.
Ловлю судорожный вздох и чувствую как расслабляется тело в моих руках, как подается навстречу.
- Будь. Прошу.
Я едва улавливаю его шепот и снова заставляю замолчать.
Буду, буду, мой гордый насмешливый змей.
Но только сегодня. Расслабься, никто не узнает. Мы ведь не имеем права на слабость. Демоны не влюбляются. И не страдают от предательства любимого существа. Просто позволь мне быть для тебя забытьем.
Я покрываю поцелуями лицо рыжего демона, шею и плечи, ласкаю тело, и он отвечает, желая забыться. Пусть даже и в чужих объятьях. Изливаю на него океаны нежности – и откуда у меня столько? Отдаю себя, позволяя не сдерживаться и выпустить весь темперамент и силы. И он соглашается на эти правила, раскрываясь и набрасываясь на меня с какой-то отчаянной страстью. Я знаю, что в этот момент он пытается выкинуть мысли из головы о другом. Но это не больно – ведь он настолько доверился мне.
Он всегда был умелым любовником – инкубы не бывают другими, но сейчас все еще ярче, потому что это – не просто секс. Магия, откликаясь на наши эмоции, окружает, окутывает, проникает внутрь, заставляя меня задыхаться от возбуждения, а его – от запаха крови. Глаза змея вспыхивают алым и он тихо рычит, разрывая когтями остатки одежды на нас обоих. Я на удивление покорен и подчиняюсь, без обычной мне дерзости и борьбы. Только подхватываю его движения и ласки, отвечая на них своими, наполненными утешением, нежностью, уверенностью и кровью. Я всегда пахну кровью.
Он входит одним рывком, больно и жестко, заставляя меня недовольно защелкать появившимися на секунду жвалами. И останавливается, глядя мне в лицо, с недоумением и почему-то нерешительностью, с застывшим в глазах вопросом «Что я творю?».
Я лишь улыбаюсь ему в ответ, ласково обводя контуры лица и касаясь ресниц. Нет, мой змей, не останавливайся. Все так и должно быть, разве нет. Рывок – и он сам теперь лежит на спине, от неожиданности обхватив меня за плечи. Наклоняюсь и касаюсь его губ своими, невесомо и почти целомудренно. Я сам начинаю двигаться, чувствуя, как с каждым движением он проникает в меня все глубже, заставляя стонать. Мы оба едва успеваем дышать от накатывающего на нас наслаждения, пряного, горьковатого от тоски и безнадежности. В его глазах застыли не прошеные слезы, и я собираю их губами, заставляя посмотреть на меня. На меня, а не на мысленный образ того, другого.
Он тянется ко мне, на этот раз – неуверенно и с мольбой в глазах. Никто и никогда больше не увидит тебя таким. Ведь ты не имеешь права на такие чувства. Как и я. Я принимаю все, что ты отдаешь мне, вбираю в себя твои отчаяние и боль, не заставляю, но даю возможность забыть. Пусть ненадолго, пусть всего на одну ночь. Но это только начало. Я надеюсь на это.
Мы достигаем пика одновременно, глядя друг другу в глаза и выпивая протяжные стоны. Тела выгибаются, а ты неосознанно цепляешься за меня. Сегодня я – центр твоего мира. Сегодня я – твое лекарство от воспоминаний.
Я падаю рядом, но не отпускаю тебя, а ты совсем не стремишься выбраться из кольца моих рук. Мы лежим, не двигаясь. Я знаю, о чем ты думаешь, но молчу. Знаю, что поневоле сравниваешь нас и снова вспоминаешь его. Он был таким же с тобой? Ты мог себе позволить так же раскрыться с ним? Нет, это я тоже знаю абсолютно точно. Но ты все равно тоскуешь по нему, мой огненный змей. Ничего, это пройдет. Будет длиться долго и больно, но – пройдет. Время лечит.
А я не оставлю тебя и помогу всем, чем только возможно. Мои пальцы скользят по щеке, и ты оборачиваешься. Смотришь в глаза долго и пристально, а потом обнимаешь, утыкаясь в грудь и тихо шепчешь.
- Помоги мне. Стань моим лекарством от него. Не только на эту ночь.
Я только тихонько улыбаюсь и касаюсь губами твоих волос.
- Стану.

@темы: Мой бред, Яой

00:12 

Мастер.

«А что подумал Кролик, никто не узнал, потому что он был очень воспитанным»
Я всегда любил путешествовать , объездил немало мест прославленного Либриума, и в Сангре, конечно, был не единожды. Родился я в небольшом городке на юге Светлого королевства, но после первой встречи с этим городом я в него просто влюбился. И когда в очередной раз выдалось свободное время, то я поспешил именно сюда.
«Куклы Мастера Штайна. Самые лучшие куклы – как живые».
Красочная вывеска привлекла мой взгляд, когда я неспешно прогуливался по главной улице торгового квартала. Сквозь огромные окна магазина просматривалась витрина с множеством кукол. А ведь я слышал об этом магазине: говорят что из-под рук этого мастера выходят настоящие шедевры. Не сдержав неожиданно взыгравшего любопытства, я вошел внутрь. Магазин отнюдь не пустовал – мисс и миссис разного возраста и достатка со своими детьми и подопечными рассматривали витрины, видимо, выбирая игрушку. Рассматривая хрустально-кружевное убранство, я замер на несколько секунд. Казалось, что я попал в сказку, а куклы на витринах были феями. Маленькие, с ладонь, и большие, ростом с человека, соломенные и фарфоровые, дети и девушки, остроухие эльфы и желтоглазые оборотни, принцессы в воздушных нарядах и охотники с оружием в руках, танцующие и неподвижные. Всегда себя считал нормальным взрослым мужчиной, который давно вышел из детства, но здесь…
- Господин желает приобрести что-то?
Голос, похожий на перезвон колокольчиков, вывел меня из этого странного состояния. Я даже не заметил, как ко мне кто-то подошел!
- Здравствуйте, мисс. Меня привело сюда любопытство.
Обернулся я к продавщице…и понял, что влюбился. Она была идеальна. Зеленые глаза сияли, белокурые волосы блестящей волной спадали на плечи, милое личико светилось доброжелательностью, а изумительную фигурку охватывало темно-зеленое летнее платье.
- Любопытство – очень хороший стимул. – Она улыбнулась еще шире: мой ответ позабавил ее, и сейчас я по-настоящему был рад тому, что являюсь слабым эмпатом, потому что искренние эмоции девушки омывали, словно морской прибой.
- Хотите я покажу Вам куклы Мастера? Возможно, какая-то понравится Вам настолько, что Вы не захотите без нее уходить?
Я едва сдержал слова о том, что уходить я не захочу без нее.
Даже под сывороткой правды я не смог бы рассказать о чем мы с ней говорили, обходя магазин, все слилось для в одно радостно-светлое пятно, пока нас не прервали.
- Лилиан, помоги, пожалуйста, гостьям.
Высокий среднего роста мужчина оказался рядом совершенно бесшумно, хотя меня не смог бы отвлечь от моей спутницы даже конец света, которым так любят пугать большинство предсказателей.
- Да, конечно, Мастер. – Видя как девушка под взглядом этого…мастера буквально расцветает, я едва сдержал порыв нагрубить , заявив, что он вполне может с покупателями справиться и сам.
- Прошу меня извинить. – Присело в реверансе светлое чудо и упорхнуло к маме с непоседливой дочкой. Я же обратил более пристальное внимание на мужчину. Я думал, что этот неведомый мастер-кукольник будет каким-нибудь почтенным сухоньким старичком с мягкой улыбкой и добрыми глазами, но реальность оказалась совсем другой. Мастер оказался высоким подтянутым мужчиной лет тридцати, в костюме строгого покроя , без всяких очков. Глаза его, глубокого карего цвета, излучали отстраненный интерес, а в эмоциях была лишь вежливая доброжелательность. И ни капли удивления. Кажется, мужчина, покупающий куклы – это обычное дело. Хотя, возможно, он подумал что я ищу игрушку для дочки?
- Рихард Штайн. – Представился он и продолжил. – Кажется, Вы никак не можете определится с выбором. Позволите Вам помочь?
- Даниэль Рамир. – Не стал нарушать я правила вежливости, так же назвав свое имя, и ответил то же, что и юной нимфе. – Меня привело сюда любопытство.
- Тогда не смею мешать. Ваша кукла сама Вас найдет. – Выдав странную фразу, кукольник коротко кивнул и удалился.
В тот день я ушел без покупки. Как и в следующий. И в следующий тоже. Каждый день я приходил к белокурой нимфе с именем цветка, с восторгом чувствуя как в ответ на мою симпатию она проявляет ко мне все более явственный интерес. Я ей нравился - я это чувствовал. Хозяин магазина этим посещениям не препятствовал, и я бы и вовсе позабыл о его существовании, если бы не видел: для Лилиан он гораздо важнее меня. К нему она испытывала столь яркие и светлые эмоции, что это ввергало меня в недоумение и дикую ревность, тем более что мистер Штайн воспринимал такое поведение девушки как должное. Но я не буду Дэниелем Рамиром, если моя Лили не позабудет этого франта, который не достоин сердца лучшей из девушек!
* * *
Сегодня мое терпение лопнуло. Я решил начистоту поговорить с Лилиан, признавшись в своих чувствах, и попытаться уговорить ее уехать со мной, прочь от этого магазина и его хозяина. На часах была почти полночь, но в окнах магазина горел свет. Лили рассказал мне, что живет тут же, так как у нее нет совей квартиры, и «Мастер дал ей жилье». Сколько же было благодарности в голосе моей нимфы, когда она говорила об этом…
Дернув за ручку, с удивлением обнаружил, что дверь открыта. Возможно, запоздавший клиент еще не ушел? Мистер Штайн часто делал куклы на заказ, для богатых людей и за большие деньги. На любой вкус, так сказать. А ведь некоторые куклы были еще и магическими: ходили, разговаривали, имитировали поведение людей. Когда я увидел в первый раз такую игрушку, мне, признаюсь, стало жутковато, настолько по-человечески это выглядело.
В зале никого не было, поэтому я медленно пошел к двери в дальней стене, ведущей в подсобные помещения. Почему-то сейчас, в мире света и искусственных кукольных лиц я почувствовал себя неуютно. Казалось, сотни немигающих нарисованных глаз следят за мной, рассматривают оценивающе и неслышно переговариваются между собой, шевеля неживыми губами. Встряхнувшись, словно пытаясь отогнать глупое ощущение, я громко позвал.
- Лилиан! Мистер Штайн!
Никто не откликнулся и во мне заметались тревожные предчувствия уже совсем другого рода. Может быть что-то случилось и им срочно нужна помощь? Более не раздумывая, я поспешил внутрь, уже не видя как кукла-дворецкий, всегда стоящий у входа, запирает входные двери.
* * *
- Мастер, Мастер! Он все-таки пришел!
Вот что я услышал, когда почти невменяемый от волнения распахнул дверь мастерской. Распахнул – и замер в шоке от увиденного. Моя Лили, моя белокурая нимфа, сидела на стуле, положив на верстак руку, а хозяин магазина заменял ей локтевой сустав. Не было ни медицинских инструментов, ни крови, ни гримаски боли на милом личике. Только непонятные мне приспособления, краски и молочно-белая кукольная масса. Я уже видел подобные заготовки... Но Лилиан??
- А что у тебя с лицом, Даниэль? Не волнуйся, это я случайно подставилась и Мастер меня латает.
Да. Она поранилась. Серьезно, наверное. Магия ведь может многое. Это просто протез...да.
И куклы не имеют к этому никакого отношения. Моя Лили ведь беспокоится, и боится немного, я же чувствую…
* * *
Замерший в дверях юноша не сдвинулся с места, зачарованно глядя на то, как последний мазок кисти ложится на искусственную руку белокурой красавицы. Даже тогда, когда Лилиан, продолжая щебетать что-то, вспорхнула со стула и приобняла юношу за плечи, он не пошевелился.
- Ты не волнуйся, все хорошо будет. Вот видишь. – Она показательно согнула и разогнула руку в локте, щелкнув пальцами перед лицом Даниэля, тем самым выводя его из ступора. – Мне ни капельки не больно, мы вообще боли не чувствуем. А я тебя так ждала, так ждала. Хотела тебя сама встретить, но не получилось.
На секунду на личике появилось выражение грусти, но через секунду оно вновь сменилось улыбкой. Мастер смотрел на это с добродушной снисходительностью.
- Мы?
Кажется, это все, что дезориентированный парень уловил из радостного щебетания девушки. Умный мальчик.
- Куклы. – Пояснила «нимфа», будто юноша был неразумным ребенком. - Куклам незачем чувствовать боль. Ну ничего, ты тоже скоро ее не будешь чувствовать. – Пообещала она, проводя пальчиками по шее не успевшего дернутся парня. Тонкая игла воткнулась в кожу, вливая дозу яда. – Вы, люди, вообще такие странные. Что-то делаете, куда-то спешите, но сами не знаете зачем. Не то, что мы.
Уплывающий в забытье Даниэль пытался побороть яд и с обреченностью понимал, что у него не получается. И что он сейчас потеряет сознание и больше не очнется. Теперь все эфемерные взгляды кукольных глаз уже не казались ему игрой воображения. Последнее, что слетело с его губ, было, сказанное так, будто это вопрос был для него по-настоящему важным.
- Зачем?
Он не смог произнести все, что хотел, но кукла его поняла. Перед тем как сознание поглотила темнота, юноша услышал, чувствуя чужое счастье.
- Кукла живет ради своего Мастера. У меня будет братик – как же я все-таки рада!
* * *
Через неделю Даниэль Рамин выписался из отеля и, купив билет на дирижабль, отбыл в Аурум,а затем и домой. Никто из родных не заметил никаких перемен в его характере, хотя отметили, что выглядел он очень радостным и воодушевленным. Спустя год Даниэль Рамин был признан погибшим, не вернувшись с охоты в диких лесах Тай-Кина.
* * *
Часы зазвонили полночь, когда в дверь магазина кукол Мастера Штайна раздался стук. Белокурая девушка, что-то листавшая за прилавком, подняла голову и расплылась в радостной улыбке, увидев посетителя. Мгновенно побросав все дела, она бегом кинулась вперед, с нетерпением впуская гостя. И стоило тому переступить порог, со счастливым визгом повисла у него на шее.
- Братик приехал!
- С возвращением домой, Даниэль.
Рихард Штайн стоял у стены и ласково улыбался, глядя на сероглазого юношу. Тот обнял сестренку и склонил голову в поклоне, приветствуя кукольника.
- Да, Мастер.

@темы: Мир Либриума, Мой бред

15:56 

Виттако.

«А что подумал Кролик, никто не узнал, потому что он был очень воспитанным»
Пещера сверкала и переливалась множеством огней. Ледяные светильники искрились, разбрасывая вокруг себя разноцветные блики, снежный ковер мягко переливался всеми цветами радуги, льдинки ажурным кружевом облепили стены, создавая иллюзию хрупкости и невесомости. Здесь царила зима, да и разве в Бъернхейме может быть по-другому? Это – царство холода, и каждый клочок земли здесь – настоящее произведение искусства, которое никто из разумных не сможет повторить. Но снежно-ледяные украшения этой пещеры носили следы чужих рук. Вряд ли матушка-природа могла создать череду улыбающихся ледяных голов в виде «ламп Джека», что, по преданиям, на заре времен обманул саму Смерть. Со стен скалились снежные черепа, а под потолком мела настоящая вьюга, словно ожившая музыка, отражающаяся от стен.
Услышь эти песни кто-то из живых, то замер бы от ужаса, но для кружащихся в бешеном танце существ они были родными. Волчий вой, восторженные взвизги, рычание, клекот, свист ветра в ветвях, завывание снежного бурана перемешались в этих песнях, словно это сам лес и все его обитатели выплескивали вовне все, что испытывали и говорили о том, что хотят испытать. Танец десятка фигур вливался беззвучными нотами в это пение. Похожие на помесь человека и зверя, словно оборотни, застрявшие на середине трансформации, эти существа то ли смешались в драке все против всех, то ли рассказывали друг другу то, что не получилось сказать музыкой. То одно, то другое белоснежное существо выпадало из круга, чтоб подойти к столам вдоль стен. Посуда тоже была ледяной, но преобладал в ней красный цвет, и лучше не задумываться о том, что заморозили хозяева этого места. В какой-то момент танец сошел на нет, нечеловеческая песня затихла, а на возвышение в центре комнаты поднялся человекоподобный волк.
- Охотники! – Разнесся его голос по залу и все присутствующие устремили свои взгляды на него.
- Сегодня – ночь Самхейна. Великий праздник. Так давайте отпразднуем его так, чтоб не жалеть о бездарно потраченном времени. А что может быть лучше охоты на сильную дичь?
В голосе говорившего зазвучали веселье и предвкушение, и ему вторил десяток зарычавших то ли людей, то ли животных. Рухнул снежный покров, заменяющий дверь в пещеру, и на снегу заплясали отражения лучей клонящегося к заходу солнца.
Существа оскалились в диких ухмылках.
- Удачной охоты, братья.
И на мир опустилась ночь.
* * *

- Там, за лесом, будет деревня. – Попытался подбодрить один из местных – Дотун. Был он человеком, но вот уже какое поколение их семья жила в пригороде столицы, променяв тепло аурумских равнин на мороз севера. Он тоже нервничал, но старался этого не показывать. Сегодня они вышли слишком поздно и едва-едва успевали до темноты.
- Эх, хорошо бы. А то не хочется ночевать под открытым небом и пропускать весь праздник. У нас в Ауруме сегодня шествие, вся столица спать не будет. Карнавал, песни, танцы, угощения, фейерверк на центральной площади.. Такое долго не забывается.
Беззаботно заявил один из молодых охранников, но тут же был оборван нахмурившимся Дотуном.
- Если не доберемся до темноты, то этот праздник ты точно на всю жизнь запомнишь.
- Да ты чего?
На удивление в словах молодого парня Дотун не ответил, только головой покачал и Рахнум его понимал. Никогда ни один орк не будет столь легкомысленно отзываться об этой ночи. Орки тоже праздновали Самайн, или, как называли его здесь - Самхейн. Разводили гигантские костры, окружив их рядами защитных камней, приносили дары духам предков и славили их, устраивая в их честь соревнования, танцевали и пели песни. Но у каждого племени был свой дух-хранитель, что не давал немертвым разгуляться и навредить племени, а предки и сами не стремились навредить потомкам. Конечно, попадались и «залетные» злые духи, стремящиеся полакомиться душой или плотью, но от таких их защищал шаман и те, кому чужаки посмели испортить праздник.
Если кто-то вваливается к тебе в разгар веселья, начинает нападать и крушить все, что попалось под руку, не понравиться даже духам. Судя по хмурому лицу Дотуна, защититься, в случае чего, им будет нечем.
* * *

Караван продвигался вперед, но плохое предчувствие не отпускало бывалого воина. Дотун еле сдерживался, чтоб не пустить саранов в галоп, наплевав на дорогой груз. Нельзя, нельзя было ехать сегодня, но убедить в этом караванщика не удалось – никогда не умел северянин свивать из слов кружева, в отличие от своего младшего брата, который мог заболтать, кажется, даже камень.
Заснеженный лес принял караван спокойно, укрывая пышными ветками от ветра, и многие вздохнули свободнее, начиная осматриваться не только с напряжением, но и удовольствием. Да уж, на юге такой красоты не увидеть, на несколько мгновений Дотуна обуяла гордость за свою родину.
Постепенно пришлось замедлиться, в лесу не было достаточно широкой прямой дороги, скорее, петляющая тропа, и идти быстро без шанса врезаться в ствол или зацепиться подводой за склоняющиеся толстые ветви стало невозможно, но в строки они укладывались. Мужчина мысленно понадеялся, что все его предчувствия – глупость, не выспался, настроение плохое, вот и мерещиться всякое. До деревни оставалось всего около получаса езды, когда на лес опустилась тьма. Резко и неожиданно, будто солнце просто рухнуло за горизонт. На чистом небосклоне засияла луна, вокруг нее закружили свой танец звезды.
- Вперед!!
Пронесся клич от первой повозки и караван рванул вперед, туда, где меж деревьев виднелись огни жилья.
* * *

Они не успели совсем немного. Две первый подводы уже вышли из-под длани леса, когда по ушам ударил нечеловеческий вой. В нем сплелись тысячи голосов, куда-то зовущих и о чем-то просящих, звериные песни и гул взбесившейся вьюги. Дотун обернулся и с ужасом увидел, что их догоняет настоящий буран. Бешеный ветер качал столы деревьев и ломал толстые ветки, будто соломинки, а в несущейся снежной стене словно мелькали чьи-то силуэты. Караван растерянно застыл на жалкую секунду, но этого хватило, чтоб буран настиг их, отрезая от окружающего мира и снижая видимость практически до нуля. Температура упала еще больше, и холод проникал даже под куртки из шкур пещерных медведей, но ужас был еще холоднее. Потому что Дотун точно знал, кто танцует в снежных вихрях. Виттако.
В голосах немертвых, сливающихся с воем бури, слышались восторг и упоение, заглушая крики живых. В мгновение ока единый организм каравана превратился в разрозненную толпу. Дичь для немертвых охотников, особенно сильных в эту ночь. Закричав от переполняющих его страха и жажды жизни, Дотун ударил пятками по бокам сарана, заставляя того бежать, и животное послушно потрусило вперед, склоняя голову и буквально тараня шквальный ветер и острейшие льдинки. То и дело рядом мелькали полузвериные фигуры, нападающие на людей, но и охрана каравана не была испуганной жертвой. Бывалые воины быстро пришли в себя, начав бить в ответ.
* * *

В голосе стаи был слышен откровенный восторг. Добыча оказалась достойной. Испуганных людишек стая быстро растащила в стороны, выбираясь за пределы наведенной вьюги, но среди пойманных не было ни одного воина. Все они остались там, в сердце ледяной клетки, где часть стаи пыталась их достать. Замелькали вспышки заклятий, ударили мечи и булавы. Но что нежити заклятья, если они соскальзывают с ледяных шкур? Что им удары оружием, если раны зарастают на глазах? О да… На каждый свой удар добыча получала два – болезненных, тяжелых, изматывающих, но совсем не смертельных. Хотелось посмотреть на сколько хватит выдержки и сил у этой добычи, дождаться когда сладкие нотки страха пропитают воздух, паника захлестнет с головой, заставляя отдаться на милость животных инстинктов и полностью раствориться в погоне. Ну же, бегите, бегите. Вы же сильные и сможете бежать долго… Над лесом пронесся протяжный вой и…люди побежали.
* * *

Вьюга взвыла, вторя ликующим немертвым, рассыпалась в стороны, подталкивая бегущих в спины. С каждым новым всполохом урагана, поднимающего тучи снега, на сверкающий покров опускалась четырехлапая фигура. Она потягивалась, царапая когтями наст, и срывалась с места. В погоню за своим личным трофеем.
Ветер немного стих, но это не спасало. Охотничья песня не угасала, заставляя ужас стискивать сердце, незнакомые голоса манили, то обещая легкую смерть, то избавление, снег проваливался под ногами, и едва получалось устоять. Всем телом ощущалась настигающая жажда крови. В голове крутилась лишь одна мысль: вперед, вперед, вперед, но усталое тело подчинялось плохо. Болели рваные раны, под распоротую одежду пробирался мороз, иссеченная льдом кожа зудела, вызывание желание взвыть. Но орк смог рассмотреть огни впереди и бежал туда. Рычание раздалось совсем рядом и обернувшийся Рахнум, наконец, смог рассмотреть существо, избравшее его своей жертвой. Облик за мгновения отпечатался в памяти орка. Поджарое звериное тело, покрытое густым белым мехом. Мощные лапы с жуткими когтями. Вытянутая, похожая на волчью, морда, в которой смешались человеческие и животные черты. Поджарое звериное тело, покрытое густым белым мехом. Искривленная в ухмылке пасть, усеянная кинжальными клыками. И глаза. Яркие желтые глаза, в которых полыхали удовольствие и…голод.
* * *

Самхейн – ночь тех, кто ушел за Грань. Тех, кто прошел свою земную жизнь, но не захотел покидать родной мир, оставаясь в нем наблюдателем, охранником или охотником: призраков, духов и нежити. Праздник тех, кто ушел под длань Тьмы: некромантов, ведьм и колдунов. И ничто не может повлиять на истончившуюся грань меж мирами живых и мертвых, ни неверие «посвящённых» городских жителей, ни магические катастрофы, ни короткая память. Поэтому те, кто действительно помнит и знает, с радостью воздают почести своим умершим родственникам, оставляя им дары на пороге. В домах на столе яблоки и сидр, комнаты пропитаны ароматом мяты и шалфея, а со стен смотрят пылающими глазами вырезанные из сухих тыкв головы «фонарей Джека». И если в больших городах люди высыпают на улицы, устраивая шествия, то в глубинке дело обстоит совсем по-другому. Там никто и никогда не выйдет на улицу в эту ночь, потому что там , снаружи – праздник Мертвых. И там нечего делать живым.
Поэтому, слыша завывания снаружи, никто из жителей деревни под названием Лесное и не подумал высунуться наружу. Осенив себя знаком, отгоняющим зло, каждый житель поярче затопил огонь, занавесил окна и вернулся к столу. Кто-то лишь посетовал на то, как разбушевалась погода, а старожилы мысленно вздохнули, зная, кто именно поет такие песни.
На следующий день охотники деревни, отправившиеся в лес, нашли остатки каравана и следы битвы. После тщательного поиска в сарае они нашли бессознательного орка. Подлечив, жители отправили его с ближайшим караваном в порт. Назвавшийся Рахнумом орк хотел вернуться домой.
* * *

Этот Самхейн Рахнум проводил в Сангре. Теперь этот праздник ничего, кроме ужаса у него не вызывал. Он до смертного одра будет помнить и караван, и нападение нежити, и то, как он спасся.
Орк до сих пор не мог понять, каким образом он сумел добраться до сарайчика на окраине деревни. Солнце вот-вот должно было взойти, загоняя нежить в ее логово, но.… Добрался до спасительного укрытия не он один. Дотун уже открывал дверь, когда Рахнум кожей ощутил, как готовится к прыжку белый зверь.
Нет, орк не жалел о совсем поступке – либо Дотун, либо он. Но зеленокожий никогда не забудет человеческого крика, что он услышал, уже захлопнув дверь.
Потом его нашли жители деревни и помогли: подлечили раны, насколько смогли, накормили и дали набраться сил. А главное – ни о чем не спрашивали, за что он был особенно благодарен. Прошел год и, казалось, воспоминания немного поутихли, как и тот сумасшедший страх. Но на город опускается ночь, и память вновь пробуждает припорошенное временем. Рахнум не смог заставить себя выйти на шумную улицу, где никто не опасался злых духов и голодной нежити. Здесь повсюду было столько магов и защиты, что немертвым было просто опасно появляться.
В дверь раздался стук и орк в который раз со вздохом поднялся – в этом городе была странная традиция ходить от одного дома к другому, собирая угощения или, наоборот, раздавая небольшие подарки. Рахнум был не против этой традиции, но к нему стучат уже в седьмой раз! А открывать дверь орк по неведомой причине опасался, каждый раз представляя, как к нему приходит погибший из-за него Дотун. Но в этот раз раздражение пересилило и мужчина, ругаясь под нос, добрался до входной двери, рывком ее распахивая и решая, что лучше – повесить на дверь замок, словно дом заперт и никого нет, или табличку с той же надписью. Но стоило ему увидеть гостя, как все мысли вылетели из головы. Оказывается, и орки не лишены пророческого дара.
Перед ним стоял… Дотун. Изменившийся, похожий на тех тварей, но в полузвериной морде нельзя было не разглядеть узнаваемые черты.
- Здравствуй, Рахнум. – Улыбнулся Дотун так, что по коже замершего орка прошли мурашки.
- Ты ведь не будешь держать приятеля на пороге?
Несильный вроде бы толчок, но Рахнум буквально влетел обратно в коридор. Немертвый вошел и аккуратно закрыл за собой дверь, приглушая радостные крики с улицы.
На следующий день тело орка, нашли представители власти. Выглядело оно так, словно на Рахнума напал дикий зверь. Но узнать, кто впустил и натравил на наемника животное, не смогли.
* * *

Беги, беги вперед,
Беги, не чуя ног,
Хоть холод мышцы рвет,
Хоть нет в снегу дорог,
Пусть даст тебе твой бог силы выжить.
© «Канцлер Ги», "Вендиго".

@темы: Мир Либриума, Мой бред

Свалка

главная